Катрина: Меч зари

– Прошу! – с холодной учтивостью пригласил Катрину вперед Нобилиор.

Стражи трех кланов прошли в тронный зал и оказались в величественном длинном помещении с высоченным потолком.

Выложенный из темного камня габбро, убранством зал походил на окружающий горный пейзаж, но превосходил его торжественностью прямых линий. С тремя стрельчатым окнами позади трона и восемью световыми шахтами в потолке, столь длинными и устроенными таким образом, что прямой солнечный свет не попадал сюда даже днем.

Еще никем не занятый высокий черный трон из того же камня стоял на постаменте, под острым углом врезающимся в зал, словно нос корабля, застрявшего во льдах.

На стенах красовались высеченные гербы трех кланов: Вэллактов, Морбиев и Люцерберов. Символы равноправной власти каждого из лордов-маршалов в этих чертогах. За их пределами же на многие километры вокруг простирался ореол обитания клана Понарина.

Каждый раз на трон Цитадели Триумвирата садился один из трех лордов-маршалов и объявлял решение, которое приняли все трое.

Кто именно будет объявлять решение, согласно протоколу, выбиралось вначале каждого заседания. До того, как начнется обсуждение, и станет ясна суть самого решения.

В этот раз вышел сам Понарин. Длинноволосый брюнет, затянутый в кожаный тренчкот на пряжках вместо пуговиц. Высокий и на удивление молодой для старейшего из бессмертных.

Устроившись на троне, Понарин немедля поднял над головой листок бумаги с телеграфными штампами и марками. Машинописный текст телеграммы был весьма развернутым.

– У меня в руке телеграмма из Лондона, – заговорил Понарин, повергнув зал в тишину. Стены встрепенулись эхом его рокочущего голоса. – От великочтимой Астрид, ныне именуемой леди Сандерленд. Содержание её телеграммы послужило причиной, по которой я срочно созвал в Цитадели Триумвирата достопочтенных лордов-маршалов Зана Вэллката и Дариуса Морбия. Дождавшись пока все благополучно доберутся, мы, наконец, провели заседание, на котором обсудили сообщение Астрид о событиях возмутительных и требующих вмешательства стражей.

Здесь сказано, – Понарин потряс телеграммой, – что в Британии живет пророчица, предрекшая гибель всего нашего рода. Самозванка. Девчонка из лондонских трущоб, Джульетт Фэннинг. Однако полюбившаяся лондонской прессе. И что ещё важнее, знающая, что означает слово «лордок». И вот эта девчонка, посулившая наше полное уничтожение, теперь пропала. Сбежала из Лондона прежде, чем Астрид успела разобраться в этом странном деле самостоятельно.