Катрина: Земля падших

 – Девочка, о которой я говорю, юна, напуганна, и по нашим сведеньям, недавно была замечена в окрестностях Уортона. Преступники удерживают её против воли с самым бесчеловечным умыслом.

– Я никого не видел…

– Прежде, чем что-то сказать, задумайтесь! – перебил его Нобилиор с предостережением. – Зложелатели могут запугать, подкупить или даже обмануть честных людей, заставляя стать соучастниками преступления. Но отвечать придется всем, кто невольно помог скрыться…

Речь Нобилиора отвлек скрип половиц на лестнице.

– Кто это там? – с плотоядным азартом спросил Нобилиор и стремительно направился к лестнице.

Доски пола задрожали под его шагами, заставив Джульетт поежится.

– Я жена Биккела, вы нас разбудили… – раздался голос хозяйки дома.

– А с вами кто?

– Люси, моя дочь.

С интересом и ещё большим азартом Нобилиор распорядился:

– Прекрасно. Спускайтесь сюда. С вами я тоже хочу поговорить. Вот так. Да, теперь я вижу, все в сборе. Наверху ещё есть кто-то?

– Нет, инспектор Нобел, – честно ответила миссис Биккел.

– Верю.

Катрина в погребе беззвучно шагнула в сторону, чтобы через щель получше рассмотреть происходящее на первом этаже. Как и она, Нобилиор не маскировался, наряжаясь в одежду людей. На нём был наглухо застегнутый кожаный плащ в фасоне швейцарского клана лордоков. С ремнями через весь торс вместо пуговиц, придававший ему грозный облик военного офицера. Зрение Катрины позволило ей различить даже выбитый герб Понарина Люцербера на плече плаща наёмника.

Нобилиор поднял руку и указал:

– Вы! Да, вы, Люси.

Сколько вам лет?

– Шестнадцать сэр.

– Что ж Люси, знайте, я намерен обойти каждый дом в округе до утра. Поднять каждую семью в столь ненастную ночь. И проверить каждый дом. Но я думаю, что уже нашел нужный дом. Вы меня понимаете?

Запинаясь, Люси, проскулила:

– Не совсем, сэр.

– А я думаю, понимаете. Меня бы не посылали искать людей, если бы я не подмечал мельчайшие детали. Назовем это особым чутьем, понять которое вы не сможете.

Но оно никогда не ошибается. Я заметил, что все вы нервничаете. Почему-то вы до сих пор не зажгли свет. Стоите тут с пустыми глазами в темноте и пытаетесь меня обмануть. Знаете, что бывает, когда поднимаешь людей среди ночи? Они зажигают свет, запахивают свои халаты, набрасывают пледы, на их дряблых лицах ещё розовеют следы от подушек. А глядя на вас, я этого не вижу. Я чувствую, что ваша мать врет мне, говоря, что я разбудил кого-то в этом доме. Это глупая ложь.