Фракиец

Крики о помощи уже смолкли к тому моменту, как я добрался к горящему, как выяснилось, дому.

Во дворе сновали размытые тени пяти или шести человек, судя по одежде, совсем непохожие на погорельцев. Похоже, грабеж идёт полным ходом. Интересно, чем их привлёк не самый богатый крестьянский дом?

Посреди двора в луже крови валялся здоровенный мужик с серпом в руке, рядом с ним трупы двух детей лет пяти, не больше. Я заскрежетал зубами, так как вспомнил, что почти так же лежал в луже крови отец, а нас с сестрой вязали люди презренного Ситалка.

Приглядевшись, немного в стороне у конюшни я заметил, что тройка нападающих насиловала женщину, двое держали прижав руки к коновязи, а третий уже вовсю трахал её. Похоже крик этой крестьянки меня и разбудил.

Из темноты раздались возгласы по-рамейски: «Аурум! Аурум!». Золото нашли; ясно, вот и причина, впрочем, мне то что делать?

Варианта всего два: можно вмешаться и перебить как минимум пятерых, а то и больше разбойников, и, судя по тому, что они общаются по-ромейски, это могут быть дезертиры из какого-нибудь легиона.

А можно и в кустах посидеть и уйти, не привлекая внимания, вот только после этого я сам себя перестану уважать. И грош цена тогда моему званию Герой – себя самого иногда очень сложно обмануть…

Решив для себя, что выбирать-то и нечего, призвав латную перчатку и длинный меч, я ринулся в атаку.

Преодолев за пару мгновений разделяющие нас двадцать локтей, я ударил по шее главного насильника и начисто срубил голову.

Внимание! Вы получили 8 ОС! (12/80)

Продолжая удар, получилось полоснуть левого по груди, отчего он с криком отшатнулся. Я же, используя набранную скорость, впечатал бронированный кулак в лицо правому, превратив его харю в кровавое месиво.

Безголовый ещё до конца не осел на землю, орошая всё вокруг брызгами крови, а Левый разбойник почти мгновенно отпрянул и выхватил длинный кинжал справа на поясе и походя полоснул жертву по шее.

Та захрипела перехваченным горлом, но очень быстро затихла.

Перебрасывая клинок из руки в руку, «Левый», как я про себя его назвал, начал обходить меня. Похоже, рана, пересекающая грудь, совсем его не беспокоит.

Он громко завопил, призывая на помощь подельников и внимательно следя за моим мечом, готовясь в любой момент парировать или уклоняться.