Максометр

– Успел все-таки Петрович влезть! Ух, я ему покажу! Небось, и про дорожки уже нажаловался?

– Нееее, про дорожки не говорил! А вот то, что ты великий начальник, которого бояться надо, говорил! Ты уж прости, что я тебя на ты.

– Да уж, великий! Не ёрничай надо мной, и так пока не понимаю, как с тобой себя вести! Все устои ты мои поломал. Я, как папа непослушного дитяти себя ощущаю, и во всем виноват Николай Николаевич…

– Ой, Кузьмич, трррр! Николая Николаевича не трогай и со мной-то не все решили. Может ты снова к Николаю Николаевичу и вернёшься, а я после отпуска на работу вернусь.

Вот мысль пришла, может на майские в Грецию слетать, у меня и Шенген ещё не закончился!

– Какая Греция? Ты что? У тебя тут дел немерено! Отдыха он захотел! Ох, чувствую, ошибся в тебе Николай Николаевич, нет в тебе стержня! Все бы тебе виски, да отдыха, может и правда ты свободным посредником будешь, а мы опять в ожидании лучшего останемся. Может и не надо тебе в башню, может тут останешься?!

– Э! Нет! Уж, если начал свою песню петь, то уж допевай куплет до конца.

А там уж вместе решим, что и как будет, уж очень мне башня понравилась. Поехали, что ли? А то соседи посматривать нервно стали, как я с пустотой разговариваю! Не дай бог, ещё психушку вызовут!

В общем, в нормальном таком настроение мы подъехали к моему воображаемому новому дому! Честно говоря, вот уже день я кручусь и верчусь в этом новом для себя мире и понимаю, что где-то внутри все больше и больше согласен с ним, то есть принимаю его.

Вот уже и ворчливый Кузьмич, почти родной, сейчас чайку сварганит и вообще душкой станет. В общем, все так и получилось: и чаек был, и плюшки, принесённые заботливым Петрушей, и Кузьмич более менее спокойный.

– Так вот, – продолжил Кузьмич. Давай по делению города мы закончим, да и рассказать я всего тебе сразу не смогу, по ходу жизни узнавать будешь. Давай перейдём к тебе и к твоим, как ты сказал должностным обязательствам. Тут все и просто и сложно. Ну, начнём с того, так как домовые знают больше, видят больше, то естественно помогать и исправлять могут больше, а как нам это все передать людям, через посредника.

Потом бывает и очень часто бывает, что человек умирает, но не уходит и душа его остаётся тут. На земле, вот именно посредник может эту душу отпустить, так сказать, отрыть ей дверь в нужный мир, путь показать, а кого и просто пинками отсюда выгнать. Ну, тут уж как придётся, сам увидишь, это часто бывает.