Толя

 – И вообще… я уже спать хочу… пошли домой.

– ТЫ ЧТО ТУТ ДЕЛАЛА?! – взорвавшись, повторил он.

– Ничего, милый… – жалостно, с блестящими от подступающих слёз глазами начала вдруг оправдываться Ива. – Я клянусь, я была с Катькой… Это же её «десятка». Ты же знаешь… Знаешь, что я люблю только тебя… Ты чего? Любимый…

Всю ночь Толя не спал. Кому верить – себе или ей? Это мучительно сложно… Он думал, очень много думал… Пытался отыскать правду… Хоть какую-то логику… Бесполезно… Толя даже звонил этой глупой Кате… Конечно, она уже спящим голосом подтвердила, что была весь вечер с Ивой… Но брелок.

Она даже близко не смогла его описать…

Толя не стал никому говорить о случившемся… Поэтому на следующий день, как и планировалось, его весело провожали всей шумной толпой на вокзале… Ива всё плакала, твердила, что безумно любит Толю и обязательно его дождётся.

– Вот бы сильно зажмуриться, затем быстро открыть глаза, а два года уже бац! – и прошло, – шептала она.

…Толя уже занял своё место в вагоне, провожающих уже вежливо попросили выйти, и до отправления поезда остаются считаные минуты.

Пока ничего не изменилось. Тот же самый вокзал, тот же самый перрон и всё та же любимая девушка. Их разделяет всего-то лишь грязное стекло окна… Но стоит только двигателю локомотива дать усилие на свои стальные колёса… как Толя в ту же секунду понимает, что вот именно СЕЙЧАС настоящее начинает ускользать. Медленно исчезает тот самый вокзал, тот самый перрон и та самая любимая девушка… Всего лишь мгновение, и настоящее уже навсегда стало прошлым.

II

Толя служил в самом исключительном городе на планете… Санкт-Петербурге. Но, к сожалению, осень здесь оказалась невыносимо тоскливой. Природа сдалась почти сразу и уже в первые свои осенние дни неустанно плакала ледяными дождями, уныло скорбя по только что ушедшему лету. Люди тут, как скользкие жабы, скрывшись под мокрыми зонтами, ловко перепрыгивали через препятствующие им лужи, спеша по своим очень важным жабьим делам.

Не зря же Питер был рождён на болоте. Большая влажность воздуха заставляла ветер своим холодным дыханием пронизывать каждого просто до костей, а постоянное пасмурное и серое небо так сильно начинало скучать по яркому тёплому солнышку, что даже редкие и малейшие проблески его светлых лучей с неба казались просто даром Божьим…

Но ни плохая погода, ни ощущение физических мук и даже ни лишение сладкой свободы не мертвит человека так, как чувство ненужности.