Две стороны неба

Мать Ричарда отравилась, когда поняла, что мужу не бывать уже одним из владельцев «Стил корпорэйшен», а отец еще несколько месяцев участвовал в организации мятежей против нового режима и наконец, после неудавшейся попытки государственного переворота, бежал сюда, в Пояс астероидов, захватив с собой Ричарда. Все, как у других. С той, может быть, разницей, что отец Леннокса дольше других не хотел верить, что все потеряно и неустанно строил планы интервенции. Он так и умер с надеждой, что вернутся когда-нибудь старые времена.

– Остерегайся Жоржа! – продребезжал Ричард Леннокс, отводя глаза в сторону. – Он уверен, что это ты пальнул по его двери… Грозится свернуть шею. Тедди Хэмер слышал, как ты кричал. Пришел в бар, сказал Жоржу… Учти, – Леннокс слабо сдавил руку Роберта, – Жорж пьян… Пошел тебя разыскивать…

Роберт хлопнул себя по карману и вспомнил, что пистолет остался у Гедды.

– Передай Скотине, – храбро выпятив грудь, сказал он, – что если сунется ко мне – получит сполна! И вообще… Спасибо за совет и оставь меня в покое!

Роберт высвободил руку и, не оборачиваясь, пошел по коридору.

Леннокс печально посмотрел вслед, и его маленькое личико сморщилось еще больше. Он хрустнул длинными пальцами и пробормотал:

– В конце концов… Мне-то не все ли равно?

«Да, день рождения начался очень даже весело, – размышлял Роберт, шагая неизвестно куда. – Скучать почти не приходится… Врешь, Скотина, убивать ты меня не собираешься! – Роберт с ненавистью стиснул зубы и свернул в узкий боковой проход.

 – Это тебе не выгодно. Отчаянные парни нам очень нужны – не так ли? А их все меньше и меньше. Избить, запугать, подчинить – вот твоя цель! Что ж, попробуй, да смотри не поломай зубы. Даже если с Геддой у тебя ничего не было, а я уверен, что не было – и тут я сам оказался скотиной, – если даже ты не дотрагивался до нее своими грязными пальцами и все твои рассказы просто вранье – все равно я тебя ненавижу, потому что ты падаль, был падалью, падалью и помрешь. Потому что ты не человек, а именно скотина… А теперь все к черту – и спать! Забиться в тайный закуток – и отдышаться…»

Он свернул в еще один, совсем узенький коридор, протиснулся между обжигающе ледяными колоннами энергоприемников, подошел к едва заметной в темноте куче разного мягкого хлама, который он натаскал отовсюду в это укромное местечко, рухнул лицом вниз и закрыл глаза.