Драконья кровь

В массе это особенно хорошо было видно – толпа жила своей жизнью, колыхалась и двигалась в одном направлении и ритме, а какая-то крохотная капелька двигалась против всеобщего движения, нарушая гармонию и ритм.

Дело было яснее ясного – Император изволил заинтересоваться человеком, которому пришло на ум прославить побежденного. Я даже ожидал увидеть этого толстенького посыльного в синем около наших мест, наблюдая, как кто-то пробирается к нам поближе, расталкивая толпу, но появился совсем другой человек.

На первый взгляд, простой работяга, задиристый парень, небогатый – вместо головного убора на нем была всего лишь грубая головная повязка, на ногах стоптанные башмаки из бычьей кожи с завязками, простая ношеная куртка подпоясана веревкой… Он согнал стайку мальчишек со скамьи и плюхнулся на неё сам, стреляя глазами по сторонам.

С минуту оценивал ситуацию; затем наклонился к толстому комментатору и что-то зашипел ему на ухо. Тот в изумлении посмотрел на него.

– Черный, – позвал я, дергая Черного за рукав.

 – Тобой интересуются, Черный!

– Кто? – не отрываясь от зрелища, спросил он.

– Судя по всему, Император.

Черный и ухом не повел, продолжая хлопать в ладоши, глядя на арену. Казалось, все его внимание было обращено только на праздник.

– Ты нарочно это сделал, да? – догадался я, глядя, как он освистывает сжульничавшего Изольда – говорил же, он проиграет! – Ты так хотел привлечь к себе внимание? И именно Дракона?

– А то!

– Ты понимаешь, что это опасно?

Он не ответил.

Тем временем толстый комментатор, ловко ерзая задом по скамье, приблизился к нам, точнее, к Черному.

Его хитрые маленькие круглые глазки так и буравили безмятежного Черного, точно комментатор примерялся, рассчитывал, с чего бы начать разговор, чтобы собеседник не отверг его.

– Как думаете, кто выиграет? – вкрадчиво поинтересовался, наконец, он. Черный, не глядя на комментатора, уклончиво ответил:

– Принц Лар сильнее всех.

– Я тоже так думаю, – оживился толстый хитрец. – А вы, юный господин, видно очень глупый.

Вот это сказанул! Такого даже я не ожидал; после такого заявления никто не остался бы равнодушным. Черный не был исключением; он оторвался от увлекательного зрелища и уничтожающим взглядом глянул на комментатора.

– Глупый? – процедил он сквозь зубы. – Это отчего же?

– А оттого, мой юный господинчик, – весьма охотно и с готовностью ответил толстяк, – что своим красивым поступком весьма опрометчиво навлек на себя гнев сиятельного Зеда.