…И я посмотрел на небо

Я занимаю пост старшего конфицера в кураторстве по вопросам безопасности. Прошу простить мою вальяжность, но начать мне придётся издалека. – я спокойно поправил свой галстук, сползший из-за торопливой походки. – Обстановка в обществе сильно накалилась в последнее время. Участились случаи мародёрства и нападений на роботов: якобы дельцы не могут выдержать конкуренции с ними! Прямо сейчас мы с кураторствами обсуждаем, что нам следует предпринять: ослабить проверки в заведениях, либо же дождаться новых дельцов, которые с большим упорством будут вносить вклад в наше общество.

 – мои резкие слова моментально вызвали интерес у публики. – Но я не могу позволить и грамма сомнений в сторону тех подвигов, что совершают для нас космонавты! Этого не потерпит общество. Этого не потерплю я. Надеюсь, участники заседания чувствуют то же. Я прошу не вносить этот проект на обсуждение.

Из зала послышалось несколько одобрительных возгласов, а затем полились звуковые сигналы "голосовать за". Зал заискрился зелёными вспышками.

Я же тем временем искоса глянул на учёного по имени Пи.

Он понуро стоял в стороне.

– В таком случае, я объявляю конференцию закрытой. – сказал председатель и снял с головы гарнитуру. Густой поток людей потянулся к выходу.

Мне бы тоже следовало пойти отдохнуть. Но несмотря на радикальность выраженной позиции, мне было о чём подумать. Так что, сойдя с трибуны, я просто застыл на месте…

– Товарищ конфицер!

…И тут меня будто кипятком обдало. Передо мной стояла худая девушка. Судя по униформе, она солид, из Исполнительных Сил.

Мне в глаза бросилась её перебинтованная рука. А чтобы увидеть лицо, пришлось немного поднять голову – она очень нагло нарушила моё личное пространство.

– Господин конфицер, – повторила она, – это было потрясающе! Ваша речь так… впечатлила! Теперь-то робофилы… – девушка презрительно посмотрела в сторону Пи, он плёлся в сторону выхода. – трижды подумают перед тем, как что-то вякнуть. – закончила она с ехидной улыбкой.

Я спокойно посмотрел в камеру, расположенную у неё на груди.

Такие носят все сотрудники Исполнительных Сил – чтобы пресечь злоупотребление своим положением. Но лишнего внимания я не боюсь:

– Как зовут? – уверенно спросил я.

– Стрейна, товарищ конфицер! – выкрикнула девушка, и отдала воинское приветствие перебинтованной правой рукой.

– Это лишнее, я просто спросил имя. Звания у меня нет, так что опусти руку. – девушка покорно выполнила приказ. – Где поранилась?

– На службе. – объяснила она.