…И я посмотрел на небо

Не знаю, дело ли в пропаганде, или правда у нас всё настолько хорошо, но глубоко в душе я был категорически не согласен с негативным настроем своего друга.

– Сколько столетий мы живём под угрозой полного уничтожения? – Пи был слегка взбудоражен. – С тех самых пор, как мы разбомбили Луну, верно? И всё это время мы по разу в месяц, если не чаще, оказываемся на грани гибели. А из-за этой… ненависти… мы продолжаем обходиться полумерами. – он указал пальцем в окно, на тёмное небо. – Астронавты там продолжают рисковать своими жизнями, и жизнью всего человечества.

Понимаешь?

Я посмотрел на горизонт, из-за него как раз начал выглядывать Лунный Хвост – плотное скопление ярких точек, тянущихся от останков спутника нашей планеты. В тот момент у меня внутри что-то ёкнуло:

– Эта ненависть – залог нашего мира. Но мысль можешь продолжить…

– Приветствую вас! – раздался со входа малознакомый голос, и мы с Пи уставились на нового посетителя в старомодном плаще.

– А, ты же друг Пи. Вакус, правильно?

– Верно! – ответил человек в плаще, и подсел за наш столик.

Пи выглядел очень взволнованно. Да и в целом, мы несколько секунд просидели в неловкой тишине.

Но тут робот-повар поставил перед нами стаканы с напитками:

– Что будете кушать господа? Выбирайте из меню всё что захотите но я должен предупредить что приготовление горячих блюд может занять много времени.

Мы с Пи уставились в свои планшеты, разглядывая меню.

– Так я только одного спас? – спросил Вакус.

– Да, но зато заведение ещё работает! – пояснил Пи с растерянной улыбкой.

 – Да и завтра уже всё починят, не переживай.

– Закажу этот мясной салат. – я ткнул пальцем в меню. – Вы что будете?

– То же самое. – ответил учёный.

– А ты, приятель? Выпить с нами не хочешь? Поесть?

– Поесть? – спросил Вакус. – А я…

– А он ест только дома. – вмешался Пи, и продолжил с нервным смешком. – Он… довольно странный, вообще-то.

Я уставился на Пи, потом медленно перевёл взгляд на Вакуса. В наше время, когда все потребности людей обслуживаются задаром, немудрено, что каждый третий выходит на улицу всего раз или два за месяц.

И всё же они вели себя подозрительно. Впрочем, хорошо зная эксцентричный характер Пи, я не сильно удивился наличию странностей у его товарища.

– Ну ладно. – смирился я. – Тогда давай, Пи, за очередное спасение!

Мы занесли бокалы и сделали по глотку. Вакус лишь заворожённо наблюдал.

– Ну что. Продолжай свою мысль.

Пи немного замялся, пытаясь вспомнить.