Механик

Как чинить всякое, так умный, а с красителями не сообразишь? Свёклу на терку, вот тебе красный. А для жёлтого куркуму водой разведи! Мы с девчонками ленты так красим, – довольная Дина продолжила ощипывать птицу.

– С-спасибо! – растерянно пробормотал я, и дурацкая улыбка растянулась на лице.

Теперь всё, что мне нужно, есть. Счастливый, я поторопился в комнату. Высыпал на стол содержимое сумки и принялся за работу. Подаренный инструмент невероятно пригодился. Из дубовой ветки я выстругал каркас тела феникса.

Выточил на грудке ячейку для рубина. Только стамеска соскользнула и поранила палец. Я нечаянно испачкал феникса своей кровью.

«Вот же… острая штука», – выругался про себя.

Наложил на порез папоротниковой мази и продолжил. Поместил рубин, что Мараш подарил, в нагрудную ячейку птицы. Крылья и хвост закрепил в пружинном механизме, смазал. Голову также выточил из дерева. В глаза решил инкрустировать осколки стёкол, что Дина подарила. Только одного цвета и размера не нашёл, получились глаза разные.

Один – голубой, другой – жёлтый. Клюв из чёрного остроконечного стекла вставил. Птица вышла, словно живая. Остались только перья и немного магии.

«Попрошу маму, чтобы оживила моего феникса», – подумал я и бросил взгляд на холм, где чернело пятно от дуба.

Я оставил птицу на столе. Снял передник, проверил на чистоту руки, прежде чем пойти к маме. Не самые чистые. Придётся помыть. И как только я распахнул неплотно закрытую дверь, в комнату ввалилась Дина.

– Подсматривала? – я прищурился.

Она держала охапку перьев и две банки с красителями. Мне даже ругать её перехотелось. А девчонка вскинула веснушчатый подбородок и встала, отряхивая передник.

– Нико, можно я тебе с фениксом помогу? У меня получится! Я же и раньше твои механизмы оживляла, – у неё был такой вид, будто она сейчас заплачет, хотя изо всех сил держалась.

– Я не против. Давай попробуем. Сейчас доделаю его… – я запнулся.

Вид у подруги был самым несчастным.

Наверное, мама рассказала ей о моём отъезде.

– Спасибо тебе… Ты уже знаешь?

Дина кивнула и быстро прошагала к столу. Положила на него перья с краской и присела перед неготовой птицей. Провела пальцем по корпусу.

– Здесь кровь… – испуганно посмотрела на мои руки. Но заметила папоротниковую мазь на пальце и успокоилась.

– Да ерунда. Стамеской зацепил. Ну что, красить поможешь? – улыбнулся я, придвинув ещё один стул.

Перья вышли очень красивые.