Арвеарт. Верона и Лээст. Том II

Трартесверн, чьи глаза обращались в сторону белых клифов и узорных ансамблей города, молчал какое-то время, стараясь прийти к решению – что ему делать дальше – говорить ли о тоггерсвулте, как о чём-то достаточно значимом – достаточном для вторжения, или взять и сказать ей правду – всю – какую получится – о службе, об амнезиях, о том, что он делал выборы, которые были ошибочными, и пока он об этом думал, Моника, ощущая всем своим восприятием, что он пришёл не случайно, что он находится в кризисе, что он нуждается в помощи, первой пришла к решению:

– Экдор Трартесверн, простите, но мне почему-то кажется, что вы здесь не по причине моей победы в финале и поражения Ланвера, и, видимо, не из-за Джины.

С ней вряд ли случилось что-нибудь. Но, наверно, случилось с вами. Давайте, пока вы курите, я быстро переоденусь и потом мы сходим куда-нибудь. Куда, я пока не знаю. Мы можем начать с магазина. Подберёте себе что-то новое, а рубашку и джинсы – в прачечную. А потом мы пойдём пообедаем. А публика пусть считает, что вы меня опекаете… Опекаете в качестве тренера.

Экдор Трартесверн повернулся к ней, осмысливая услышанное, и, осмыслив, сказал: «Давайте…» – понимая самое главное – пока она будет рядом, с её рыжими конопушками, ему не о чем беспокоиться.

* * *

Разговор на террасе с Невардом начался с вопроса о Лаарте. Невард устроился в кресле, пригубил свой кофе из чашечки и сказал: «Ну давай рассказывай, как тебя угораздило…»

– Я не знаю, – сказала Верона.

 – Когда мы впервые встретились, это было утром, у озера, в четыре часа примерно, и он мне тогда не представился. Это было ещё в июле, когда я только приехала, и он мне сразу понравился. А потом уже было много чего.

– Так-так. Ну и что ты думаешь?

– Я хочу, чтобы он был счастлив.

Невард кивнул с улыбкой:

– Ну поживём – увидим. Человек он хороший, мне кажется. И Лээст не возражает, так что если у вас серьёзно, пусть он тогда разводится.

Сватать тебя будут многие, но поскольку ты влюблена в него, на его стороне преимущество…

Лаарт, чей день в «Акцетаре» был насыщен такими «глупостями» – согласно его выражению – как обедом в «Кафе Невесомости», прогулкой на батискафе, спуском с каскадов в лодочке, посещением «Театра Теней» и ужином в ресторане на плавучем искусственном айсберге, – устал в достаточной степени, но на деле был счастлив случившимся.