В свободном падении. Манипулятор

– Скажи, он тебе писал после нашей встречи?

– Ой, ты не представляешь…

И Кристину просто унесло. Она начала рассказывать об их переписках и о том, что она чувствует, и о том, что бегали вместе.

– Вы виделись? – строго спросила Николетта.

– Да, но Марио ничего не знает.

Для меня это всего лишь приключение. Я все контролирую, и никто ничего не узнает, если ты, конечно, не расскажешь, – засмеялась Кристина.

– Не играй с огнем. Эмилио парень хороший, но он тебе может много чего рассказывать, а ты веришь.

Да и знаешь, все тайное становится явным, поверь. Как тщательно не скрывать, ты все равно можешь проколоться в один момент, а оно тебе надо? Ты же любишь Марио, вы хорошая пара. Зачем все портить? Будь осторожна, пожалуйста.

– Я осторожна. Ничего не случится, – успокоила Кристина подругу.

В каюту вошел Алессандро.

– Ну, что идем наверх, изучать территорию?

– Да, через пару минут мы придем – быстро ответила Кристина, давая понять, что подругам лучше не мешать секретничать.

Он несколько месяцев ухаживал за Николеттой, но та испытывала к нему ровно дружеские чувства. Даже кровати в их каюте были раздельные. А потому Кристина не слишком тщательно подбирала слова и интонации в адрес Алессандро, зная, что подруга на нее не обидится.

Кристине еще столько всего хотелось рассказать, да, впрочем, ей только и хотелось говорить и говорить об Эмилио, делать глупости, нарушать правила. И если первое было без ограничения невозможным, то насчет глупостей Кристина сама себе подписала разрешение.

Облачившись в легкие туники, две подруги устроили фотосессию на палубе.

В Кристине проснулся внутренний ребенок: она залазила на перила, на лестницы с табличкой «вход воспрещен», словно поток противодействия всем устоям и правилам сбивал ее с ног.

Ее тошнило от слов «правило», «можно», «нельзя». Кристина сама себе была хозяйкой.

Она была подобно морскому ветру, подобно волнам, и это совсем не радовало походившего на грозовую тучу мужа.

  Он был заботливым и любящим человеком, и делал все для их совместного счастья, но излишняя правильность и спокойствие для Кристины теперь были как клетка. Она не могла быть с ним рядом двадцать четыре часа, ей хотелось свободы и самостоятельности, а потому и на корабле вместо того, чтобы ходить в обнимку с мужем и чинно пить коктейли, Кристина позволила себе отдыхать по-настоящему.

Четверка хорошо проводила время, в особенности девушки.