Мертвый месяц

Сказались бессонные ночи и нервы: строчки наползали одна на другую, про знаки препинания Тина и вообще забыла. По русскому тоже не получилось написать, как надо. Зато на внутренних экзаменах ВГИКа Тина набрала больше всех очков и поступила на бюджет.

В тот день, когда вывесили приказы о зачислении, она вновь навестила Сашку.

– Лежишь? – спросила она. – Лежи, что тебе еще делать. А я живу. Иногда так тошно, что хочется лечь рядом и не вставать уже. Только ради тебя все…

Тина прерывисто вздохнула:

– Я сниму фильм про самолеты и посвящу тебе, обещаю.

Когда-то это было их совместной мечтой: Сашка будет консультантом, «главным консультантом», – говорил он, а она режиссером фильма. «Самым главным», – поправляла Тина. Теперь она одна за двоих.

А ведь Тина чувствовала. Чувствовала, но отмахивалась от ощущений, как от надоедливой мухи. В конце зимы Сашка ходил к отцу в цех. Он и раньше рассказывал, что там творится странное. Словно силовые кабели, которыми было напичкано помещение, вызвали к жизни потустороннее.

Сашка говорил, что происходят несчастные и смертельные случаи. И многие, кто там работает, боятся оставаться в одиночестве. Мол, мерещится разное. Ну и неудивительно, нечего пьяными к электричеству лезть. А потом Сашка показал фотографии, сделанные на смартфон, и Тина испугалась.

Первые были обычные. Ну сидит парень на табуретке, сзади свежеотштукатуренная стена. Ничего необычного. Такие снимки даже в сеть не выложишь, никто не оценит. А вот на последней над Сашкой зависла какая-то сущность.

Похожая на лохматую собаку, только вместо лап – копыта, заместо морды – раскрашенный череп. Можно было списать на потеки на стене, только на других снимках их не было. Да и сущность, смахивающая на демона, отбрасывала тень, а передним копытом дотрагивалась до Сашкиной шапки. Сначала умер фотограф – неудачно свалился с лестницы, после Сашка.

Осень вновь принесла хандру. Хотелось надеть теплые носки, завернуться в плед и смотреть в залитое дождями окно целыми днями.

Повезло, что Оля предложила развеяться и поехать за город. Тина сперва загорелась, а потом быстро остыла, но Оля и слышать не хотела возражений.

– Я никого не знаю из той компании, – сказала она. – Только Даню. Не дай мне умереть со скуки.

Тина подозревала, что дело не в Оле, а в ней, но поехала. Всю поездку она с трудом удерживалась от того, чтобы не наговорить гадостей при виде воркующих голубков. Эльзы нет больше года, после смерти Сашка полгода не прошло.