Младшие боги. Пункт назначения – месть

Ладе показалось, что ее окатили холодной водой. Хорош дедушка! Наверное, спасибо ему надо сказать, что на улицу не выгнал и помочь согласился. Не такой прием ожидала Лада. Неужели ему все равно, что Любава погибла? Почему он может быть таким рассудительным?! Наверняка же у него и армия есть, и разные волшебные вещи. Ну и черт с ним! Сами справятся.

Все еще сердясь, Лада вспомнила о фотографии и достала ее из рюкзака, затем передала царю.

– Это вам. На память, – произнесла девушка.

Лицо Берендея окаменело, взгляд остановился.

Ладе показалось, что царь едва сдерживается, чтобы не выдать чувства. Он аккуратно взял фотографию и провел по ней, словно погладил. И почему-то именно сейчас Лада не выдержала и разревелась. Слезы быстрыми ручьями побежали по щекам. А потом кто-то прижал ее к себе.

– Поплачь, внучка. Они были хорошими людьми. Не надо стесняться слез.

Лада кивнула: да, о таких близких можно только мечтать – ей очень повезло с родителями и сестрой. Жаль, что она их потеряла.

Лоб царя прорезали вертикальные морщины:

– Лада останется здесь. Нечего ее впутывать в свои войны с темно-богами.

– Не получится, – возразил Яровит. – На Ладу охотится навь – на ней черная метка. Богиня едва убежала от теней в Яви, но и здесь ее обнаружили.

Лада встрепенулась: как же так? На ней же оберег, который дал Яровит. Разве не обошлось? И почему ей ничего не сказали?

– Когда мы летели, – продолжал Яровит, – за нами следовала лишняя тень.

Едва заметная, но Крун ее различил. Так что…

Он обернулся к Ладе:

– Извини, не помог мой талисман.

Яровит поведал Берендею обо всем. С каждым словом царь мрачнел все сильнее.

– Да-а-а, дела, – протянул он. – Не догадывался, что все настолько плохо. И не знаю, что посоветовать, чтобы снять навью метку. Сперва поразмыслить надо.

Берендей махнул рукой и крикнул:

– Эй, незнамо кто, видимо-невидимо, слышимо-неслышимо, мечи из печи караваи, калачи!

Волшебным образом на столе оказалась нарядная скатерть с тяжелыми кистями, расписанная изображениями красных птиц.

Поверх нее появились блюда с различной едой, и от запахов у Лады заныл живот: несмотря на горе, есть хотелось. А чудеса продолжались: тарелка, стоящая перед ней, наполнилась сама по себе. Картошка, тушеная с мясом, сменилась пышными оладьями со сметаной. Затем последовали пироги с рыбой и чай. Лада быстро наелась: на сытый желудок все же полегче.