Книга 3. Авалон

Зверь присел на задние лапы, стремительно воздвигнулся во весь рост и замотал кудлатой головищей, разыскивая взглядом нахала. И пропустил новый удар по носу. Легкий по силе, но тяжелый в плане воздействия на самолюбие. Теперь медведебрека не интересовало ничего, кроме этого странного назойливого жука, продолжающего наскоки. И когда разведчик полетел прочь от вырубки, зверь бросился за ним, то и дело оглашая лес возмущенным ревом.

– Здорово придумал, Бенедикт! – одобрительно сказал Дарий. – Пусть побегает немного, это дело полезное.

– Непуганый экземпляр, – с видом знатока заявил Тангейзер. – Другие бы от шума нашего лесоповала убежали куда подальше, а этот, наоборот, сюда приперся.

– Не приперся, – возразил Спиноза. – Он вылез из дыры в земле. Судя по результатам вчерашнего сканирования, там находится обширная полость. Видимо, зверь крепко спал, а разбудили его не пилы и не треск, а наши разговоры. Иначе почему он только сейчас появился?

Дарий опустил парализатор и высказал свое мнение:

– А я думаю, что проснулся он давно, только боялся нос высовывать, пока тут деревья рушились.

Подождал, разобрался что к чему, и осмелел. А ну-ка, пойдем, посмотрим, что это за дыра такая. Может, оттуда и начнем.

– Если там нет родичей этого косматого типа, – с опаской произнес Тангейзер.

– Тогда получится немного поадреналинить, – усмехнулся Дарий и направился к кустам, перешагивая через поваленные стволы.

Тангейзер, немного помявшись, последовал за ним.

Он явно что-то хотел сказать командиру – вероятно, насчет нецелесообразности риска, – но не успел. Силва и сам это понимал и, остановившись у кустов, приказал танку:

– Бенедикт, забрось-ка туда разведчика.

– Слушаюсь, Дар.

Второй темный диск, висевший над вырубкой, снизился и исчез за помятым местным зверем кустарником. Через несколько секунд танк доложил:

– Там никого нет, можете спускаться.

Силва развел руками ветки и шагнул вперед. Пробравшийся вслед за ним Тангейзер увидел, что командир стоит перед ведущими вниз каменными ступенями.

Кое-где они потрескались, кое-где были расколоты, их углы поросли жестким на вид мхом, а из трещин пробивалась трава. Метрах в трех ниже уровня земли темнел вход в гробницу – если, конечно, это была именно гробница. По обеим сторонам проема возвышались две побитые временем серые колонны. Они были испещрены всякими значками, похожими на те, что показывают в фильмах о Древнем Египте.