Рецепт Мастера. Спасти Императора! Книга 1

Но прежде всего, ее несовместимая с вызывающей – вызывающей головокружение! – красотой не покоренная никем неприступность.

Одноклассник Сани, второгодник Карлютов, рассказывал, что слыхал от отца о том, как один офицер заключил пари с одним князем: кто первый завоюет сердце Катерины Михайловны. Оба они слыли бывалыми донжуанами, но ни один не смог не то что завоевать, но и подойти к раскрасавице Кате ближе, чем на десять шагов!

Князь рассказывал в клубе (Карлютов слышал, как папенька потчует друзей этой историей за коньяком с сигарой), на благотворительном балу, где была и она, он предпринял попытку подойти к ней.

Как вдруг, точно почуяв его приближение, Катерина Михайловна повернула голову и смерила его таким взглядом, что у князя разом онемели руки и ноги. Стоит он, как истукан, и с места сдвинуться не может. Танцы начинаются, а он все стоит в центре залы, шага сделать не в силах. «Точно умерло во мне все, – говорит. – Ведьма она, не иначе… Черт с ней. Черт с этим пари. Но до чего хороша! Вблизи еще лучше. Шейка, плечи, кожа. А глаза… Вот смотришь на нее и думаешь: ничего мне больше в жизни не надо, только на нее смотреть. Одно слово – ведьма!»

Выпучив глаза, Саня смотрел, как лощеный шофер открыл перед госпожой Дображанской дверцу авто и подал ей руку; качнув пушистым пером бархатной шляпы, красавица снизошла на грешную землю. Желая рассмотреть ее поближе, гимназист стремительно распахнул створки окна, почти выпал наружу. И увидел длинную бровь, черный, огромный, колдовской глаз, лицо, столь совершенно-прекрасное, что на него было больно смотреть.

«Я вас люблю!» – закричало внутри. Внутренности разорвало, глаза наполнились недостойными слезами. Лик Катерины Михайловны Дображанской скрылся под шляпой. Шляпа упорхнула в тринадцатый дом…

Саня как-то странно обмяк, словно все счастье, отмеренное на его жизнь, осталось в прошлом – она унесла его с собой.

«Когда я стану известным авиатором, летчиком, – подумал он, – она полюбит меня. Правда, она тогда будет уже старая.

Она и сейчас уже старая – ей, наверное, лет 25. А может, и больше. Но все равно, она самая…»

Но мысль о самости Катерины Михайловны Сане окончить не удалось.

К воротам дома № 13 подъехал третий экипаж, а в нем еще одна царица. Да не названая, а самая что ни на есть настоящая.

Выйдя из коляски, в тринадцатый дом зашла вдовствующая императрица Мария Федоровна.

«Карлютов не поверит мне. Сколько ни божись, не поверит», – только и подумал Саня.