Туда, где кончается Лес

Испачканные почвой морщинистые пальцы вонзались в голые ветки,

Царапая и стягивая тонкую кору острыми ногтями, на одном из которых повисло тельце,

Не нашедшая покоя в земле ни во время, ни после жизни половинка дождевого червя.

Розовые кольца ее, казалось, еще трепетали.

Блики на черном оперении приводили к изогнутому клюву,

В котором поблескивала, ловя редкие лунные лучики, заколка.

Длинная отлитая из золота спица с бутоном розы искусным и тонким, готовым расцвести.

На каждом лепестке было по рубиновой капельке, на стебле – жилки и листки из изумруда и эмали.

Прекрасная фея ахнула:

Из пасти красноглазого чудовища на нее смотрел такой же красивый цветок,

Как она сама.

Решившись спасти его, волшебница со стола взяла корку черного хлеба,

Мягкую и душистую, с зернами кориандра между темными сотами, птице смерти протянула.

Ворон подлетел ближе, склонил голову налево, осматривая угощение,

И охотно принял его, взлетев и гнилыми когтями оцарапав кожу молодой феи.

Слезы выступили на мерцавших голубых глазах ведуньи, уголки губ приподнялись,

И с улыбкой она проводила незваного гостя в своем волшебном саду.

Расправились черные крылья, отблеск огня пробежал по ним,

Мелькнул между перьев зарождающейся в небесной синеве молниями.

Стукнула по подоконнику спица, увенчанная золотой розой,

Полукруг на его поверхности сделала, острием лунулу по древу и камню выписывая,

Бутоном драгоценным пышных, блестящих, текучих каскадов тканей коснулась.

Птичий дар осмотрев, волшебница улыбнулась.

Притронулась к заколке, чтобы длинные багряные волосы розой украсить,

И указательный палец ее пронзило окончание длинного золотого шипа.

Красная капелька выступила на коже,

А с ней через крохотный порез юное, полное жизни тело покинули душа и силы.

Лицо феи потеряло свои краски, побледнело.

С губ ее, лишившихся багрянца, в последний раз сорвалось имя волшебника,

Пронзив воздух, который замер и уже дышал смертью.

Полупрозрачные и сверкавшие веки опустились, сомкнув два ряда рыжеватых ресниц,

Их сияние удалилось с двумя слезинками, из уголков глаз прокатившихся по щекам.

Накрыли одну за другой пружинистые ветви роз слои платья молодой чародейки,

Упавшей с края подоконника в раскидистые цветочные кусты под ним.

Вяли и высыхали скорбевшие по хозяйке сада цветы, выплакивая росяные капли слез.