Ледяная царевна и другие зимние истории (сборник)

– Да, я ваш повелитель, – устало принял мужчина заученный ответ. – Но тебе ведомо, кто я?..

Высокий сломался, белое длинное лицо с четко прорисованным хищным носом и взглядом, пронизывающим – словно прокалывающим череп насквозь, оказалось совсем близко, и мальчик узнал, что волчья шуба пахнет свежей кровью, как требуха, которую готовила мать, а длинные одежды владыки расшиты непонятными символами.

Отрок быстро кивнул, – вопрошавший удовлетворился немым ответом, больше повелитель не спрашивал его ни о чем.

– Ты пойдешь к Нему, – приказал мужчина, указывая на деревянного Бога. – А когда подойдешь совсем близко, остановись, оглянись, посмотри на меня. Понял?

– Да.

– Исполняй.

Мальчик двинулся к Богу.

Бог был огромен – казалось, деревянный резной столб подпирает зимнее небо. Лик божества, вырезанный в широком стволе толстого древа, приближался – усы и власы его были серебряными, а глаза из настоящих камней – сверкающих, белых.

Глаза Бога жадно горели в свете факелов. Бог был живым, и мальчик боялся его сверкающих глаз, боялся неведомого, прячущегося за необъяснимыми рыданиями матери, – так горько она плакала лишь однажды, когда получила весть о смерти брата на поле ратном.

Бог был совсем близко, когда факелы слуг одновременно опустили горящие головы в жертвенник и вырос костер. Глаза Бога вспыхнули слепящим огнем. Мальчик зажмурился, но сразу вспомнил приказ повелителя и обернулся.

Повелитель стоял на том же месте, но с ним произошло непонятное. Он вырос, сделавшись громадным, как холм, широкие плечи облекал алый плащ, лицо стало хищным – черты заострились.

Запрокинув голову, приоткрыв бледный рот, мальчик в ужасе смотрел на властителя их земель, ставшего страшным великаном.

– Нет… Нет! – услышал он отчаянный плач матери.

Слуги повелителя держали ее, она вырывалась, билась в их руках.

– Это он, – палец великана указал на несчастного отрока. – В колодец!

* * *

Квадрат звездного неба мелькнул и пропал[1 - В этом разделе лексика автора совпадает с лексикой князя Владимира Федоровича Одоевского – русского писателя и философа.]…

…черная, проносящаяся мимо тьма колодца была бесконечной. Он даже не успел испугаться, когда тело перелетело преграду, отделяющую твердыню земли от дыры в никуда.