Ледяная царевна и другие зимние истории (сборник)

И не только у красавицы Кати, но и у Маши вдруг не осталось сомнений в собственной неотразимости, прелести и обворожительности (бывают же такие мужчины!). – Будем мы с вами загадки отгадывать, будем премудрость свою мы показывать. Вы же у меня все, как на подбор, не только красавицы, но и умницы-разумницы, верно? – И не только Маша, но и Даша немедленно ощутила себя самым умным существом на земле, без пяти минут обладательницей Нобелевской премии по математике. – А загадки не простые, все ответы золотые, – посулил Дед Мороз.

– Новый год! – воскликнула Землепотрясная первой и пропела песенкой: – «Что такое Новый год? Это все наоборот…»

– Тот, кто первым отвечает, тот подарок получает! – Жестом фокусника Дед извлек невесть откуда взявшийся под елкой синий в звездах мешок, достал оттуда праздничную, перевязанную бантом коробку и протянул Даше.

– Кто приходит в домик твой, прячется за бородой? Кто в шубу с бородой одет, кто, скажите? Просто… – Синяя с накладной снежинкой варежка Деда указала на Катю.

– …Дед! Дед Мороз! – с непреодолимой улыбкой отгадала Дображанская и немедленно получила вторую коробку из щедрого мешка.

– Открой, посмотри, что там! – хитро подначила ее Даша Чуб.

– Позже. Зная тебя, боюсь даже представить, что ты мне могла подарить, – не переставая улыбаться, ответила Катя. – Не буду расстраиваться раньше времени. Завтра…

Но обидеться Даша не смогла, Дед Мороз повернулся к Маше.

Кто повелевает белым снегом,

Кто средь звезд летит по небу,

Кто вам зимушку принес,

Кто, скажите?..

– Дед Мороз! – выкрикнула все тот же нехитрый ответ студентка и тоже была вознаграждена.

Будучи не столь принципиальной, как Катя, Маша Ковалева сразу развязала серебряный бантик, готовая принять на радостях и накладную грудь, но не успела открыть бумажный пакет.

– А на загадки посложней вы ответите, ей-ей? – игриво пропел Дед, выходя к центру комнаты.

– Давай, ну давай, поскорей задавай! – сама не замечая того, продолжила стихоплетство Даша.

– В стольном граде под горой стоит терем голубой, – велеречиво начал Дед Мороз, слегка пританцовывая в такт своим велеречивым словам.

Все вокруг из хрусталя, все горит, словно заря,

И живет в тереме том тот, кто с детства всем знаком.