Новогодняя Надежда. Часть 2

Надежда снова обвела взглядом еще раз округлые склоны и, обернувшись, увидела наверху опушки мужской силуэт. Черты лица терялись в лучах слепящего солнца, но вместе с этим золотым потоком она вдвойне ощущала, окутавшие ее тепло и свет. Какое знакомое ощущение… Надежда, набрала в грудь больше воздуха, стараясь осознать, где испытывала нечто подобное прежде. Рядом с мужчиной. Недавно. Это был Александр…

«Брр… ну как я могла заснуть. Надеюсь, ненадолго. Как, как же там Александр… Неужели я проспала всю операцию?», – поежилась Надя, ощущая, распрямляя затекшую руку, служившую подпоркой на больничном диване.

 – «А что я еще могла сделать, если меня даже из операционной попросили?» «Молиться», – пришел ответ неожиданной мыслью.

– Девушка, вам плохо? Надежда это Вы? – удивилась вышедшая из операционной строгая медсестра.

– Как там пациент? – на одном дыхании вопросом на вопрос ответила Надя.

– Жить будет, – немногословно ответила Валентина Михайловна, по-деловому скрестив на груди руки, всем своим видом показывая о своей занятости.

Дождавшись, когда старшая медсестра скроется из виду, Надя подошла к двери, убедилась, что в операционной никого нет, значит, Александр переведен в палату. Надежда интуитивно прошмыгнула в следующую дверь. И не ошиблась. Под капельницами лежал человек.

«Александр Иванович, выздоравливайте», – прошептала Надя, с трепетом глядя на бледное лицо Майорова, находящегося под капельницей. – «Александр, ну пожалуйста, Саша! Господи, помоги ему выздороветь!» И Надя вдруг мысленно вспомнила весь текст молитвы «Отче Наш», той единственной молитвы, которой научила ее бабушка в детстве.

Как говорила любимая бабушка, «Господней молитвы», а на Надин вопрос «почему она так называется», просто отвечала, «потому что ее Сам Господь дал людям».

Не расставаясь со своим пледом, Надя, обнаружив  в палате стул, устроилась в уголочке. Больше она не думала ни о чем, просто тихо сидела в палате, предавшись легкой дремоте и всем своим существом желая добра и здоровья этому человеку, который вдруг стал ей таким дорогим и близким.

Прежде ей приходилось слышать выражение «общаться душами», и раньше она вкладывала в него смысл искренней дружбы, когда они, например, с подругами общались просто и душевно, говорили обо всем, что думали, делились мыслями и чувствами. Сейчас же, улыбаясь своим мыслям, она подумала, что то общение все-таки, наверно, было разговорами по душам. А если люди и общаются душами, то это она сейчас с Александром.