Его багровые лилии

Почувствовав возмущение, я хотел что-то сказать Мане, но повернув голову я его не увидел. «Где Маня!?» – судорогой будто пробежалась мысль по моей голове, оставляя после себя звон. Я снова вернул взгляд в место событий и обнаружил вдруг Манджиро уже там.

– Что за балбес! – выкрикнул я от досады, уже представляя, как мой друг чистит лицо случайному «Богу» из незнакомого города, и голуби от моего голоса вспорхнули и разлетелись в разные стороны, разбрасывая перья. Но, на мое удивление, он пока не сделал ничего безрассудного, хотя уже вполне мог это успеть.

Неужели он захотел решить проблему дипломатией?

Нет, тонкое, но звонкое «нет» от девушки, что сейчас принимала при мне засос от мерзавца, прорезало воздух на площади. Манджиро поднял ее на руках и стал относить куда-то подальше от трона с самозванцем. Она пыталась брыкаться, но я-то знал, что Маня слишком силен в сравнении с ней, чтобы послушница могла упасть и побежать снова к своему «Богу». Я побежал за ним, но видел уже перед собой только спину.

– Эй, а вы кто такие? Я вас здесь не знаю, – поднялся с трона Посланник Солнца с какой-то заторможенной реакцией на похищение девушки. Остальные монашки вокруг него лишь пучили глаза и прикрывали тонкими пальчиками рты от удивления, разбегаясь и создавая проход незнакомцу.

Мой друг не обращал внимания на вопрос и лишь что-то шептал на ухо девушке. Несколько мгновений спустя она перестала брыкаться и вот уже добровольно, с согласия Манджиро, опустилась на ножки и пошла куда глаза глядят сама.

Нарцисс заткнулся, когда увидел это, я тоже застыл и прямо уставился в затылок Мани. «Как он это сделал?» – наверное, повторилось в голове мерзавца, как и у меня. С совершенно довольным и спокойным лицом Джиро подошел к Посланнику Солнца ближе и спросил:

– Оно тебе надо было?

Лицо его выглядело только в этот момент взрослым, выражающим намерение складок между бровями. Мужчина же напротив проявлял насмешливость к моему другу-коротышке и стоял рядом с ним, чуть-чуть сгорбившись, видимо, чтобы дать понять, что по-другому он Маню не услышит.

– Что-то? – переспросил он. – А-а-а, юный господин, – обворожительно обратился он, и монашки обратили на него свой влюбленный взор, – я думаю, что я тебя понял. Ты пришел в этот прекрасный город, чтобы захватить его? Но он оказался занят, – притворился мужчина сочувствующим, хотя он явно не знал, что мы оказались в его доме случайно. – Да, монашки любят поговорить с Богом и все рассказать Ему, что слышат.