Сторге

Также однажды я, возвращаясь с работы через магазин, пыталась зайти с тяжёлым пакетом в автобус и споткнулась. Естественно, я упала, в пакете разбилась бутылка минеральной воды, и пол транспорта оказался немного в ней и моей крови, так как я ободрала коленку. Мне не было особо легко сразу встать, да и вокруг были свидетели моего небольшого происшествия – я полагала, что мне как-то помогут или хотя бы спросят, цела ли я, потому что, как я потом заметила, моя кровь была и на руках, и на вещах, как и на самой ноге, да и сама я такого мнения, что всегда надо хоть как-то реагировать… Но окружающие сделали вид, будто ничего не заметили, а я, испугавшись звука разбивающегося стекла и реакции людей, заплакала.

Да, в восемнадцать лет… Я ничего не могу с собой поделать, в такие моменты мной сильно овладевают мысли и эмоции: я искренне не понимала, почему никто не помог, я думала и представляла себе, что в подобных случаях всё должно быть с точностью да наоборот. Это мелочь, но огромное количество таких неприятных капель составляет грязное кислотное море. Возможно, смысл его в том, чтобы породить жизнь заново, будто в первичном бульоне. И правило любви к недостаткам людей на меня явно не работает. Затем моя мама выписалась из больницы, и выпустили её в такое непредсказуемое время, что меня не оказалось рядом, и маме пришлось топать со всеми бывшими передачками до ближайшего автобуса самостоятельно. Она заверила меня, что даже ещё сама заедет в банк, однако, обессилевшая после болезни, с трудом добралась даже до остановки. К слову, возле больницы и поликлиники постоянно есть какие-то люди, в том числе много мужчин, причём не каких-то маленьких, тоненьких хиляков, а реальных мужиков— и никто не предложил моей маме помощь. Когда я, невысокая, да и не спортивная, девочка, единственная говорю какой-нибудь бабушке, что могу донести её сумки, она обязательно отказывается, даже если видно, что ей тяжело. Я не понимаю, почему случилось так, что люди потеряли друг к другу доверие? Почему они не предлагают сами и не принимают от других руку помощи? С каких пор мы, такие немощные, слабые и беззащитные, обязаны черстветь и делать что-либо из самых последних сил? Ведь, насколько мне известно, раньше все русские были братьями, сёстрами, матерями и батьками. Вспомните обращения из старых наших фильмов: “Ну что, мать, как ты поживаешь? Куда дорогу-то держишь? Потеряла, может, кого или чего?”.