Багровая ночь

Уложил на ту же постель, скидывая покрывало на пол с девственной кровью. Девушка пришла в себя и молча посмотрела на него.

– Ладно, в рот пока не хочешь, тогда раздвинь ноги. Я хочу тебя, и даже деревенская девка не утолила этого голода.

Она не двигалась.

– Какая же ты дура, тебе мало было когтей моих бывших баб. Они нужны для разных дел, и когда кого–то подчиняю, и чтобы жратву мне подыскивать, когда самому лень. Расставь ноги по–хорошему. Прими меня.

Девушка не шелохнулась.

– Тогда крепись, – взял из комода кнут и начал стегать: каждый удар оставлял кровавые следы.

Он хотел услышать её вопли и стенания, но она, как назло молчала, будто не чувствовала боли.

– Ори, тварь, проси пощады, проси трахать тебя столько, сколько я пожелаю! – его удары переросли в кровавую порку. Через минут пять уже специально избивал до новой смерти, так как понял, что она не попросит пощады. Нижнее покрывало, что ещё оставалось на постели, покрылось пятнами крови. Удар ещё удар и она закрыла глаза, а через миг умерла даже как бессмертная.

Он выбросил кнут и ушёл в подземелье к вампиршам. Вошёл, они вытаращились на него, разделся и встал во всей красе.

– Суки, облизывайте меня и приготовьтесь, буду трахать, пока не выбью из своего сознания похоть к этой новообращённой.

Вампирши бросились исполнять приказ. Их языки лизали его со всех сторон: член, яйца, ягодицы, анус, ноги, руки. Вскоре он трахнул каждую как хотел, проведя всю ночь с ними до утра. Член стоял, как заведённый, и после пяти оргазмов так и не упал.

– Тупые шлюхи! Я, по–прежнему, хочу её маленькую дырочку, такую сладкую, что она всю эту ночь стоит у меня перед глазами.

Он вошёл в свои покои в обед после полёта на реку, где вымылся и поплавал. Девушка сидела на стуле у окна. Всё такая же голая, прекрасная и гордая.

– Пить хочешь?

Она не ответила.

– А панталоны хочешь? – решил съехидничать.

Её спина выпрямилась до хруста, но ответа не последовало.

Вампир опять не выдержал её молчания.

(С выдержкой у него совсем туговато) Подлетел, загнул головой в сиденье стула, расставил ногой ей ноги и запустил руку в промежность. Его пальцы стали щупать мягкую плоть, нашли клитор, и застряли на нём. «Какого хрена я делаю? Надо засадить ей и трахать пока не собью своё первое желание, но руки, казалось, не слушали разум. Одна – ласкала эти нежные губы, надавливая на заветный вход, входя кончиками пальцев, другая – захватила грудь и теребила соски.