Мир сколопендр

– Зачем мне возбуждаться?

– Подчинись, тебе так будет только лучше и легче принимать большой член будущего владыки. Тебе повезло, что в первый раз он тебя не порвал, наверное, кончил быстро?

Она кивнула.

– Немудрено, в такой узкой дырочке. Но с каждым разом он будет всё больше и больше сдерживаться, чтобы продлить блаженство, так что учись расслабляться.

Евнух с довольным выражением лица вышел. Сразу за ним вошли две молодые сколопендры в ипостаси людей в изящных, ярких, летящих одеяниях, сшитых по типу колокольчиков с широкими длинными лепестками, и свысока оглядели красавицу.

– Мы пришли тебя вымыть.

– Почему вы не поздоровались и говорите со мной на «ты»?

Девушки прыснули от смеха.

– Ты же рабыня.

– То есть шлюха.

Астрид побагровела, идеальной формы брови свелись к переносице.

– Насколько я поняла в вашем государстве почти все шлюхи!

– Ты не права. Да, мы свободное в отношениях государство. Но наши женщины не шлюхи, а просто дают всем кому хотят.

– Это не одно и то же?

– Совсем нет.

Нас не унижают, так как это происходит с рабынями. Мы можем отказаться от любого вида секса, если этого не хотим, и нас за это не будут избивать или пытать.

Астрид внутренне сжалась, невольно вспомнив кровожадных варков.

– А здесь уже были раньше рабыни?

– Да, редко, но были. Из ворониц, орлиц, паучих и даже из ваших – скорпионих. Покойный владыка был свиреп и похотлив. Иногда он сам завоёвывал крепости и брал пленных, бывало, ему привозили пленённых женщин.

– Ясно, я сама уже вымылась.

– А волосы?

Астрид отрицательно качнула головой.

Девушки подошли, присели на колени, низ платьев разлетелся по сторонам, и занялись мытьём густых волос. Взяли, лежащее рядом, душистое мыло цвета нефрита и серебряный ковш. Пленница сразу ощутила сильный лесной аромат.

– Из чего это мыло?

– Хвоя, можжевельник, земляника. Наши мыловары знают толк в таком деле.

– Приятно пахнет.

– У тебя такие шикарные волосы, а их густота будет долго держать этот аромат.

Будущему владыке понравится.

– Мне плевать, что ему понравится.

– Не стоит так говорить, если мы ему расскажем, тебя отстегают кнутом, а после могут отдать на растерзание другим воинам.

Её глаза расширились.

– Такое уже было с непокорными рабынями. Их крики у нас до сих пор стоят в ушах. Покойный владыка разрешил неугодную ему рабыню насиловать всем воинам до смерти, прямо на главной площади. Кажется, из ворониц.

– Она умерла?

– Да.