Ее Вечное Синее Небо

Остались женщины, чью красоту обычно отмечали все, кому довелось тут побывать, ведь, кроме природной привлекательности, алмаатинки отличались впитанным с молоком матери стремлением выглядеть безупречно в любой ситуации, поэтому элегантная одежда, шпильки и укладка в любое время суток и в любую погоду были неотъемлемыми атрибутами практически каждой горожанки, что не удивляло никого, кроме приезжих (поскольку местные мужчины, избалованные этим окружением, считали его чем-то само собой разумеющимся). А вот восторженные гости южной столицы часто говорили, что изобилие красивых, ухоженных женщин – визитная карточка Алма-Аты.

Так же как горы – стражи покоя и благоденствия этого города. Менялись времена, режимы и формации, менялся город: его название, статус, внешний вид, но горы, беспристрастные свидетели всего, что происходило у их подножий, были неизменны. Их резко очерченные, острые вершины, ослепительно-белые зимой и графитово-серые летом, дымчато-синие вечерами или подцвеченные розовым золотом на рассвете, были видны из любой точки города, из каждого его уголка, и жители Алма-Аты не мыслили себя без этой привычной, но всякий раз захватывающей дух перспективы.

Алмаатинцы любили горы и с удовольствием сбегали от надоевшей городской суеты в мир затаенных ущелий, вековых тянь-шаньских елей и быстрых рек. К счастью, горы подступали так близко, что требовалось не более получаса, чтобы из многолюдного центра с его суматохой и толчеей попасть на тенистую поляну у берега шумной речки, окруженную зарослями осины, боярышника и барбариса, или в прохладу высокогорного плато с потрясающей панорамой города, или в густой сосновый бор, хранивший полумрак даже в слепящий июльский полдень.

Горы обладали целительной силой: они бодрили тело и врачевали душу, и все невзгоды таяли в хрустально-чистом воздухе, напоенном ароматом хвои и можжевельника, диких тюльпанов и ирисов, душицы и чабреца.

В горы стремились по любому поводу: покататься на лыжах и коньках, покорить неприступную вершину или перевал, погулять или поесть шашлык в одном из придорожных кафе, которыми были усыпаны подножия.

Без гор не обходился ни один пикник или маршрут свадебного кортежа, да и лучше места для свиданий трудно было отыскать. Арман с Сабиной не были исключением: не проходило и недели, чтобы не скрывались они, хотя бы ненадолго, в мире едва тронутой человеком природы и романтики. Поэтому Сабина, видя, что Арман везет ее в этом направлении, ничуть не была удивлена.