Ее Вечное Синее Небо

Неужели это оно?! Неужели она дождалась?! Неужели он наконец-то сделает ей предложение?!

Она едва сдерживалась, чтобы не завизжать от радости и не кинуться к нему на шею с криком: «Я согласна!» Внешне она оставалась спокойной, но в душе бушевал вихрь эмоций. Да! Да! Да! Он все-таки решился! Он сделает ей предложение, и скоро она станет его женой! Разве была она когда-нибудь более счастлива, чем сейчас, в эту минуту? Вот почему он такой загадочный и напряженный: волнуется, как все пройдет.

Милый, он боится, что она может ему отказать! Большей нелепицы и придумать нельзя, но мужчины всегда так носятся со своим самолюбием, что малейший удар по нему может оказаться смертельным.

Но что же это за место? Что он задумал? И почему спортивная одежда? Кстати, об одежде. Что она наденет на знакомство с его родителями? А на сватовство? И самое главное, платье какого фасона выбрать ей для свадебного торжества: пышное со шлейфом, как у Аиды, или облегающее, как у Камилы?.

.

Сабина никогда не относилась к категории девушек, планирующих дату свадьбы и имена будущих детей после первого же свидания. Она не была глупа и самонадеянна, но была, возможно, наивна, доверчива и безрассудно влюблена. Единственный ребенок в семье, выросший в холе и еще не познавший серьезных разочарований и невзгод, она поневоле жила с ощущением, что мир вращается вокруг нее, а окружающие озадачены одной великой целью – сделать ее счастливой.

Кроме того, она любила Армана всей душой и, несмотря на шероховатости в их отношениях, твердо верила, что это чувство взаимно, поэтому ей казалась естественной мысль о том, что скоро он созреет для женитьбы, так как полностью разделяет ее стремление пройти по жизни вместе. Да и общественное мнение, безусловно, накладывало отпечаток на ее видение матримониальных вопросов.

На календаре был 2003 год, но взгляды подавляющего большинства граждан той страны, в которой жили Сабина и Арман, на некоторые аспекты брака были весьма своеобразными.

Хотя и страна была удивительной. Располагаясь в самом центре Евразийского континента, она находилась на девятом месте в мире по площади занимаемой территории, но была знакома только очень эрудированным представителям остального цивилизованного мира.