Секунду назад

Улыбка ответила: «Ошибаешься…Я – маска твоей боли!» Интересно те, кто живут с душевной болью, действительно носят маску? Когда я смотрела в зеркало, что у меня там с прической, я не смотрела на лицо. Время лечит, и, что, так быстро? Я уже начинаю думать о чем-то кроме измены. Многие люди ведут себя так, что за улыбкой и не просматривается боль. Умение держать себя в руках – признак сильных, волевых представителей человечества. А я, к сожалению, слабая. Получила удар и не справилась, убежала. Но горжусь собой, что не устроила скандал.

Ведь точно есть те женщины, которые и волосы вырвут сопернице за своего мужчину. А я отступила, отдала, не поговорила, не кричала. Задаю снова себе вопросы, говорю сама с собой. Может я сильная раз так себя виду. Еще мама говорила: «Доченька, больно – это когда небо забирает близких…все остальное можно пережить». Я, следуя этому, приехала сюда, к морю, чтобы пережить.

Поднимаю глаза от тарелки и от раздумий, обвожу зал безразличным взглядом и вижу, как мужчина, которого я уже заметила, идет в мою сторону.

Что же на моем лице, точно идет ко мне? Мысли побежали быстрее в моем загруженном от философской темы измены мозгу. Спокойствие, а не паника на моем лице. Да, я еще сильно больна раз так спокойна. Может идет и не ко мне. А если ко мне? Мне не хочется в данный момент ни с кем говорить. Просто хочу поесть молча и уйти в свой мир.

– Добрый вечер! – сказал он, не отрывая от меня свой взор. Его темные глаза, пытливые с каким-то блеском.

– Добрый, вы что-то хотели? – говорю, но не слышу свой голос, только говорю глазами.

Я пытаюсь понять ответ на его лице. Хочу ему сказать, что, что сказать? Мне немного стало интересно. Ожидаю молча и смотрю.

– Можно присесть за ваш столик? Вы так красиво едите, что мне тоже захотелось вот так, – он показал жестом на меня, его глаза были вопросительные, но в тоже время нетерпящие возражений. Он не дал мне ответить, сев, напротив. Я глазами все-таки спросила, зачем? Он, глядя на меня, подозвал официанта и сказал: – Мне тоже что и даме.

– Дама? Это он обо мне? Сума сойти, наглость и красота – это классика жанра, – подумала я, не переставая есть. Мне было хорошо одной. Он вошел в мой маленький мир быстро, не спросив. Что это? Как себя вести, когда ничего не хочешь, даже быть безразличной. Но моя сущность почему-то ответила, не я, а кто-то во мне:

– Я, Елена. Это не та еда, которую нужно есть почти ночью. – Почему-то я говорю, не понимая, что этим поддерживаю разговор.