Где чудеса и леший бродит

О чём это он? И вообще, это мне стоит обижаться и злиться. В конце концов, это меня выдернули из другого мира и запугивали сначала русалками, потом банниками, а теперь бешеными тыквами.

– Приказывай!

– Стоять! – рявкнула я скорее от испуга, чем действительно надеясь на результат.

Тыква мгновенно повисла в воздухе, повернулась ко мне и заключила:

– Действительно дура. Я ей столько времени выиграл, а она вместо того чтобы бежать, с этим… хвостатым обнимается.

– Я не обнимаюсь! – возмутилась я и отпрянула от оборотня, к которому, как оказалось, и правда прижималась всё это время.

– Угу, – саркастически хмыкнула тыква.

– Так зачем ты всё это устроила? – повернулся ко мне Тал. Ничего хорошего его тон не предвещал.

– Я не специально.

– Хочешь сказать, что ты случайно призвала тварь той стороны?!

– Я бы попросил не обзываться! – возмутился вредный овощ, а может и ягода. Ботаника всегда казалась слишком скучной, так что глубоких познаний в области растениеводства я из школы не вынесла.

– И каким же образом у тебя это получилось?! – не обращая внимания на посторонние возгласы, едва не рычал оборотень, продолжая наступать.

– Случайно. Это вообще было заклинание от комаров. Вон, в книге так и написано. Сам посмотри.

– Каких ещё комаров?! Это тварь с той стороны! Последствия её призыва невозможно предсказать.

– Может, из тебя просто гадалка хреновая? – терпеть не могу, когда начинают отчитывать ни за что и орать не разобравшись.

Тал застыл. Выражение лица из раздражённого превратилось в надменно-презрительное, а потом и откровенно высокомерное.

– Как ты со мной разговариваешь?! – наконец проговорил он тихим не предвещающим ничего хорошего голосом.

– Как хочу, так и разговариваю!

Оборотень подался вперёд. Стало действительно страшно. Но вместо того чтобы откусить мне голову, он холодно произнёс:

– Не стоит переходить границы, Мира.

В его глазах не осталось ничего человеческого.

И что-то во мне отозвалось. Страх ушёл и его место заняла какая-то бесшабашная весёлость. Я внезапно поняла, что ничего он мне не сделает. Даже если сейчас язык покажу и снова шорты надену. Порычит, пофырчит и на то же место сядет.

Я уже собралась вытворить что-нибудь эдакое – слишком уж подмывало устроить пакость, но нам бессовестно помешали.