Где чудеса и леший бродит

Леший! Только озверевший. Как вчерашний банник. Как там его тыква назвал? Вернувшийся? О таком же вернувшемся сегодня утром говорили Тал и незнакомец. Кажется, это что-то вроде бешенства. И страдает от него нечисть.

Мысли проносились в голове с бешеной скоростью, точно с такой же скоростью менялось и выражение морды спятившего лешего. Если поначалу он выглядел озлобленно-раздражённым, потом удивлённым, что логично – не каждый день тебя таранят призрачные тыквы, то за секунду до столкновения испуганно прижал уши, тонко пискнул и попятился.

Ждать, чем кончится торжественная встреча двух чудовищ, я не стала. Сорвавшись с места, обогнула испуганного возвращенца, подхватила всё ещё прижимавшегося к дереву Михеича, и побежала дальше, не особо разбирая дорогу.

Ветви больно били и цеплялись за одежду, ноги то и дело проваливались в какие-то ямы, но останавливаться я не собиралась. Потому что позади раздавались леденящие душу звуки, похожие на смесь воя и рычания.

– Метлу бы тебе, на своих двоих от такого не убежишь, – догнала меня тыква.

– Н-н-на ле-ле-во, – прокричал, заикаясь от тряски домовой.

– Чего?

– Н-на л-лево по-повора-рачивай, говорю.

– Зачем?

– Поворач-чивай!

Я повернула, пробежала несколько метров и очутилась на краю самого настоящего болота. Редкие кряжистые деревца, затянутая чем-то тёмно-зелёным стоячая вода, из которой кое-где торчат пучки травы.

– Предлагаешь самоубиться? – деловито уточнила тыква, подлетая поближе к водянистой жиже. – В смысле, утопиться и не заставлять реликтовую тварь ножки напрягать, да зубки лишний раз нагружать?

– Пусти! – потребовал Михеич.

Пришлось поставить домового на травку.

– Уууууууу, – донеслось из глубины леса.

Спасённый в ответ погрозил неведомой твари кулачком, одернул рубаху, прошёлся пятерней по волосам и деловито огляделся.

– Прости, конечно, но у нас на хвосте … этот как его… возвращенец, так что какого лешего мы сюда примчались?

– Не поминай лишний раз этого мухомора, а то появится, – попросил Михеич.

– Да он и так появится. Это во-первых. А во-вторых, зачем мы здесь?

– Через болото тайной тропкой пройдём, если только ты орать перестанешь и во-он в тех кустиках постоишь маненько.

Домовой был невероятно убедителен и уверен в себе. Наверное, именно поэтому мы с тыквой, не сговариваясь, послушно залегли в кустах.