Сказки для взрослых про любовь

Гладкий темно-фиолетовый камень, в центре – крест и маленькие серебряные звездочки по кругу.

– "Масон может, или маньяк.."

Рука примечательная – ухоженная, породистая и какая-то невероятно порочная. Ей стало неприятно. По спине пробежал холодок, скользнул за пояс джинсов и там замер в ожидании.

Она стояла, опустив глаза и боролась с желанием посмотреть в отражение на хозяина перстня. Но самолюбие удерживало в положении – смотрю вниз, демонстративно и буду смотреть, хоть ты укуси меня.

Она почувствовала, как ее руки не просто на этот раз коснулись, а чья-то рука легла поверх и легонько сжала.

Легонько и в тоже время уверенно. Первым отреагировало лицо. Глаза все еще были опущены вниз, а щеки уже горели. Если бы она была зверем, тот человек лишился бы руки. Вне всякого сомнения. Хотелось взять и просто откусить эту мерзкую руку вместе с перстнем и выплюнуть под ноги тому, кто осмелился коснуться ее вот так нагло и без повода с ее стороны. Ярость разлилась в голове, как раскаленная лава. Дыхание сбилось. Стало трудно дышать. Она прикрыла глаза. Вдох-выдох.

"Что ему от меня надо!" – метнулась мысль и тут же снова захлебнулась в волне ярости, которая бушевала в ней все сильнее, не имея возможности выплеснуться наружу.

"Ща взорвусь..бл...."

Она повернула голову и посмотрела прямо в лицо хозяина руки. Не в отражение. Нет. Для этого момент уже был упущен – тигрица развернулась и смотрела на того, кто тронул ее за хвост.

" Ты разве не знаешь, кто я? ..... Меня нельзя трогать, когда хочется тебе,.

. разорву...."

Глаза смотрели на нее с вопросом и недоумением:

"Тебе неприятно..? Я удивлен.."

"Разорву....убери свою вонючую руку".

Вот время этого немого диалога ее рука оставалась на месте, как и та, другая, что лежала поверх ее. Только нажим ослаб. Будто хозяин никак не мог решить – что делать дальше. Убрать и признать свое поражение или оставить…? А вдруг и правда откусит…

Рука медленно сползла и осталась рядом, отодвинулась чуть дальше.

Поезд несся в тоннеле, толпа продолжала раскачиваться в такт. В толкучке все люди воспринимаются как нечто безликое, на что и обижаться то неприлично, если вдруг оно отдавит тебе ногу – не специально же! А тут она всем телом ощутила прикосновение чужого инородного тела, которое бесило ее со страшной силой. Её же тело буквально окаменело. Жило только лицо, которое продолжало пылать. Но дыхание стало ровнее. Ярость уже не душила ее, а снизилась до уровня злости.