Беги, некромант, беги. Дилогия

И тут же меня накрыло волной из смеси запахов пота, крепкой выпивки, паршивой еды, табака и крови. Летун не сдержался и чихнул. Да, к такому сложно привыкнуть. Даже у меня в носу засвербело.

Сегодня в таверне, именуемой «У розового пони» (хозяин заведения обладал своеобразным чувством юмора), было немноголюдно. Половина столиков свободна, за второй расселись какие-то унылые неудачники. Скучающий бармен, позевывая, навалился на стойку, и потягивает пиво из литровой кружки. Музыкантов нет. Даже разговоры какие-то приглушенные.

Хотя, чему я удивляюсь. Рано еще. Все серьезные люди работают. Вот ближе к утру здесь соберется весь цвет. И нам тут точно делать будет нечего.

– Добрый вечер, Шарк, – я подошла к бармену и улыбнулась.

– Какие люди, – оскалился лысый здоровяк, обнажая почерневшие зубы. – Чем обязаны? Слышал, у тебя сегодня торжество.

Бармен похабно подмигнул.

– Да я ему за такие речи сейчас рыло бандитское начищу! – возмутился дед, но я не обратила на призрака внимание.

– Оно.

Сказочник у себя?

– А то как же. Злющий, но тебе обрадуется, – здоровяк еще раз подмигнул и заметил летучую мышь. – А это что?

– Питомец. Не съедобный, – добавила я, когда бармен взвесил в руке метательный нож.

– Скучная ты, – Шарк скривился, – а баба должна быть заводная.

– Я не баба!

– Ну это тебе виднее, сам я не проверял, – бармен хохотнул и вернулся к пиву. – Сказочнику передай, что его Сивый искал.

– Обязательно.

– Какой еще сказочник?! Что за пошлые намеки?! – забряцал цепями дед.

 – Внученька, это как вообще понимать?!

Свое прозвище Вит получил за любовь к художественному приукрашиванию действительности. У парня был талант. Он врал так, что даже те, кто знал правду, послушав его, начинали верить, что все было совсем по-другому.

Пока дед возмущался, а летун недовольно крутил головой, кружа под потолком, я поднялась по деревянной лесенке на второй этаж. Свернула налево, прошла до конца коридора и постучала в знакомую деревянную дверь.

– Ну и кого там демоны притащили! – раздался недовольный голос.

Дверь открылась, на пороге появился симпатичный двадцатипятилетний парень. Чуть выше среднего роста, поджарый, с коротким ежиком черных волос и серыми глазами, в которых застыло удивление. На меня пахнуло перегаром. Нет, вдрызг пьяным друг не был, так, лишь в небольшом подпитии.

– Мелкая? У тебя же свадьба, – пробормотал Вит, отступая и давая мне войти.

– Ага. И назначена она на завтра.