Злая тётка и другие

Потом, он совершенно ничего не хотел есть, и его приходилось уговаривать. И да, спать его укладывали путём укачивания на руках. И как так можно было испортить ребёнка за год с небольшим? Родилось это милое создание в мае, видать с намёком, мол вы еще со мной намаетесь. Но Егорка еще плохо знал меня, свою родную тётку. Я ведь тоже майская, и маяться с кем-то мне не хотелось.

Ну, начнём по порядку. Сварила я на завтрак кашу гречневую, смешала её с молоком, приправила сливочным маслицем. Получилось вкусно. Налила две тарелки и позвала Егорку завтракать.

Первая реакция Егорки. Он прибежал на кухню, посмотрел в тарелку. Кстати, сразу сообщу, племяш был парень развитой, говорил почти понятно, передвигался быстро и уверенно, да и соображал, дай бог каждому. А произнёс он вот что:

– Фу у, каша, не хочу! – и тут же вышел из кухни, но далеко не ушел, ждал что я начну его уговаривать.

Моя реакция. Я молча села, и стала с аппетитом наяривать кашу, причмокивая и покачивая головой, мол как все вкусненько.

Егор внимательно смотрел из-за угла, и был несколько растерян и удивлен, почему это я не умоляю его съесть ложечку.

А я, быстро управившись со своей порцией, пошла наливать себе еще. Когда я повернулась к столу, Егор уже сидел за столом и держал ложку:

– Я буду! – громко сообщил он.

– Ешь конечно, – спокойно отреагировала я.

И что же я увидела? Эта фу-каша была уничтожена до самой крупинки и была затребована добавка. И откуда они, ну то есть, родители, решили, что у ребёнка беда с аппетитом?

С тех самых пор, Егорка уплетал всё, что я ему накладывала, и соглашался быстро, дабы я не успела передумать.

После завтрака мы обычно играли, читали книги или рисовали, ходили гуляли.

Наступало время послеобеденного сна. Просто положить и оставить засыпать, было не вариант. Он, как ванька-встанька вскакивал на ноги и носился по своей кроватке, сметая все постельное белье в одну большую кучу. Я взяла его на руки и поняла, что такого богатыря таскать по комнате я точно не хочу, ведь руки отваливались, не говоря уже о спине.

А потом жалостливым голоском просилось «писать», «есть», «пить». В первый день он уснул через полчаса, но я умаялась так сильно! Так и жизнь пройдёт в укладывании спать, думалось мне, надо что-то с этим делать.

Так, что у нас там по списку ещё было? Ах, да, он закатывал истерики. Ну пока истерик я не наблюдала. Пока малышня спала, я успела постирать одежду маленького племяша. Вечером, как по заказу, мне была устроена истерика.