Тень ее высочества

– Свободу народу богов! – Оборванец вдруг как-то странно ощерился – мне подумалось, что только слепая могла спутать его с женщиной – и продолжил фанатично орать: – Смерть тиранам! Свободу северянам!

Зрачки бунтаря расширились, как у курильщика дурманного черного мха. И, когда он поднял нож вверх и приставил к своему горлу, я все поняла.

Быстро обернувшись к храму, я что было силы завопила:

– Нет!!! Не надо!

Слишком поздно – повстанец взмахнул ножом и раскроил себе горло. Горячие брызги, блестя на солнце, полетели мне в лицо.

– Нет… нет, – как молитву шептала я, глядя на мертвеца, грузно оседавшего к моим ногам.

Стоны и крики ужаса вывели из оцепенения. Внизу, у подножия лестницы, корчились еще трое мужчин, также переодетых в лохмотья нищих. У двоих из них шла кровь – текла, точно слезы из глаз, из ртов, ноздрей и ушей.

Эвгуст, спускаясь, прошел мимо, скользнув по мне взглядом. Его плащ развевался против ветра, как крылья ворон, слетающихся на мертвечину.

Я посмотрела на свои забрызганные кровью руки – и неслышно заскулила.

Глава 8

Маги в городе

Аква, школа ордена Воды,

28-й день пришествия Эвгуста Проклятого

– И почему мы водимся с таким проходимцем, как ты? – удивился рыжий юноша.

– Потому что я веселый? – состроив невинную мордашку, предположил мальчишка и, усмехаясь, добавил: – И единственный, кто вас различает.

– Сие умение несомненной ценности, – буркнул третий рыжик, как две капли воды, похожий на первого, – и достойно поста магистра.

– А что? Может, я, правда, фиолетовый? – задиристо спросил мальчишка.

 – И стану хотя бы хранителем?

– Ты – и хранителем?! – в один голос возмутились близнецы. – Сначала школу закончи!

Спор разгорелся снова.

Проснувшись рано поутру, Корин осознал, что обязан показать своим «дикарям» Акву. Почему своим? Ведь без него рыжие не протянут и дня, померев со скуки.

И вот спозаранку, подкупив старшекурсника на воротах обещанием принести бутылочку пива, они направились в Акву.

Лицом любого города являются архитектурные сооружения различной масштабности и размаха.

У Аквы лицо было внушительное и виднелось далеко из-за двух башен-обсерваторий. Построили их в свое время маги-астрономы, соперничающие еще со времен школы. Один доказывал теорию, что полет кометы Сельх они наблюдают последний раз, другой ученый опровергал его теорию. Веские доказательства предоставить не мог ни первый, ни второй – возможность понаблюдать за кометой появлялась раз в пятьсот лет.