Его отражение

Разговор затух, Эрик просто наблюдал, как небо меняет цвет, первые лучи касаются города на западе, и будто зажигают его, пробуждая к жизни. Высокие небоскрёбы в центре с готовностью вспыхнули в утреннем свете, пока остальная долина пока погружена в сумерки. С такого ракурса парень ещё не смотрел, хотя и рассвет, наверное, не встречал никогда, кроме традиционного выпускного утра.

Когда солнце поднялось над горизонтом, Ева повернулась в кольце его рук и уткнулась в рубашку носом, беззастенчиво вдыхая запах. Эрик на миг почувствовал себя странно и уязвимо – она слишком открыта и непосредственна с ним, настолько, что это обезоруживает.

Уж сколько у него было уверенных, соблазнительных раскованных девушек, но с такой искренностью сталкиваться не приходилось. Вот что привлекло – Ева честна и естественна в своих действиях.

Её поцелуй оказался таким же ярким и необычным для Эрика, как вся личность девушки. Но Ева вряд ли догадывалась об этом, полностью растворилась в ощущениях, обнимая парня за шею. Лёгкая боль от её укуса отвлекла от занятия, грозившего перерасти во что-то много большее, чем романтический поцелуй на крыше – эмоции захлёстывали обоих.

? К тебе или ко мне? – взгляд девушки, наверное, такой же безумный, как его. Единственное, что останавливало от секса прямо здесь и сейчас – холодный ветер и банальный голод, ? Только сначала поесть.

Эрик с трудом удержался от ругательства и крепко сжал её в объятиях. Понадобилось несколько минут, чтобы подавить порыв. Спокойствию не способствовали девичьи руки, блуждающие под рубашкой – когда только успела расстегнуть пуговицы! Ева за одну ночь свела его с ума, руша контроль и обычное восприятие мира.

Она даже не представляла, что это значит.

Едва доехав в его городскую квартиру и умяв пакет еды из Мака, они просто отключились на широкой кровати. В обнимку, даже особо не раздеваясь, уставшие, пьяные, абсолютно счастливые.

Ева проснулась ближе к обеду, от того, что сильные и настойчивые руки стягивали с неё платье. Всего один взгляд в синие глаза, полные того порока и обещания и любой контроль слетел прочь.

Нет, никакой ошибки – в нем кипит страсть.

Это был самый безумный секс в жизни – Эрик не был нежным или терпеливым, не был покладистым или чутким. Он доминировал и брал то, чего хотел. Самодовольно замечал, как Еве это нравится и с какой страстью она отвечает, кончает и прикусывает его плечо.

Да, музыкант оказался именно таким, как ей хотелось – никаких границ, сомнений, правил.