Начать жизнь заново

Если бы мог, то рассмеялся бы. Пес, опустив голову, носом подвинул миску ближе и снова воззрился на меня с немым укором в глазах.

Я был уверен, что умей он разговаривать, назвал бы меня неблагодарной мразью.

Качнув головой, я поднял миску и сделал глоток. Руки дрожали, расплескивая воду, я едва не подавился, но выпил сколько смог. Ричи довольно фыркнул и улегся рядом со мной, помахивая хвостом. Я упал на него, привычно зарываясь руками в шерсть. Живот снова резануло, и я, подтянув к груди колени, сосредоточился на сердцебиении моего верного друга.

Вскоре темнота снова поглотила меня, но теперь меня топила не боль, а обволакивало тепло Ричи.

***

– Боже мой, Алекс!

Я поморщился и приоткрыл глаза. Мать стояла на пороге комнаты с выпученными глазами. В другой бы раз я подскочил, но не сейчас. Я просто не мог. Кое-как подняв голову, я сел на полу, потерев лоб. Ричи, убедившись, что я не упаду обратно, уселся в своей обычной торжественной позе королевской собаки. Как и всегда при родителях.

Мать смотрела на меня взглядом полным ужаса. Я вспомнил свое отражение в зеркале и усмехнулся. Какая ирония, мать пугает мой вид, а не причины моего вида. Она попыталась что-то сказать, но я лишь махнул рукой и, пошатнувшись, поднялся. Затылок и поясница тут же отозвались болью, но я не обратил внимания.

– Ты… приводи себя в порядок, сегодня…

– Я помню, – выплюнул я и уплелся в ванную.

Я слышал, как хлопнула дверь моей комнаты.

Мать заходила ко мне крайне редко, по крайней мере не когда я был в комнате.

Но сегодня был особенный день. Ведь сам Митчелл Морган пригласил мою семью.

При воспоминании ненавистного имени меня передернуло. В груди еще со вчерашнего вечера теплился удушливый страх этой встречи, но таблетки удачно подавляли его. И сейчас я собирался снова закинуть в себя прозак и парочку таблеток анальгина.

Открыв шкафчик, я достал бледно-оранжевую баночку с антидепрессантом и подкинул ее на руке. Однако поймать не смог, эти таблетки здорово нарушали координацию движений.

Баночка упала на пол и весело покатилась по нему. Я вздохнул, потерев лоб. Чувство безграничной усталости внезапно навалилось на меня, тупая боль в голове все нарастала. Достав анальгин, я запил таблетку водой и обернулся, ища взглядом закатившуюся баночку.

И я ее нашел. На пороге ванной сидел Ричи, а баночка была в его зубах. Я вздохнул.

– Спасибо, Ричи. А теперь отдай ее мне, – устало попросил я, протянув к псу руку.