Эреш. Книга странствий

Мне хотелось стать как можно меньше, чтобы в итоге растаять, исчезнуть, испариться… Что угодно, лишь бы не слышать эту тягучую манерную речь, не замечать насмешки, притаившейся в глубине рыбьих глаз. Когда мои мучения наконец подошли к концу и он заявил, что ждет меня на приеме через неделю, я вежливо кивнула и вышла, тихо притворив за собой дверь. Тогда я приняла сразу два важных решения: я больше никогда не вернусь в этот кабинет и никому не раскрою своей тайны.

Кев, будто почувствовав мою тревогу, накрыл ладонью мою руку.

Я удивленно посмотрела на него.

– Как ты? – просто спросил он и тут же убрал руку.

Он всегда тонко улавливал мое настроение. Порой даже лучше, чем я сама. Вообще-то я не слишком искусна в объяснении собственных чувств, но Кеву хватало и моих скудных речей. Одно из его главных достоинств – умение слушать. Не ждать, когда собеседник закончит рассказ, чтобы непременно ввернуть собственную историю на схожую тему или дать непрошеный совет, а именно слушать. Слушать и слышать. Ведь иногда, рассказывая о чем-то, мы вовсе не ищем решения проблемы – нам просто нужен кто-то, кто нас поймет и разделит с нами бремя чувств и эмоций.

Кто-то, кто просто будет рядом. Как сейчас.

Почему бы не рассказать Кеву о моих снах? Я часто задавалась этим вопросом. Если и был в этом мире человек, способный меня понять, то это он. Несколько раз я даже мысленно репетировала речь, готовясь посвятить друга в свою тайну, но неизменно пасовала в последний момент. Всему виной страх. Я не боялась, что Кев отвернется от меня.

Нет, меня страшило другое: что я не смогу простить его, если он усомнится в моих словах. Недоверие превратится в невидимую преграду, которая будет расти до тех пор, пока окончательно не разрушит нашу дружбу.

Но, если быть искренней до конца, от откровенной беседы меня удерживало кое-что еще. Что-то, чему я не могла подобрать определение. Возможно, некое внутреннее предчувствие, что еще не время, что нужно подождать? В общем, еще одна из тех загадок моей жизни, которые я не могла объяснить даже самой себе.

Все это время, пока я молча смотрела на извивающийся внизу ущелья ручей и размышляла о своем, Кев терпеливо ждал, когда я наконец соберусь с мыслями. Агнешка бы уже вовсю размахивала руками у меня перед глазами и требовала ответа с настойчивостью, достойной ослика из мультфильма про Шрека.

– Это сложно, Кев. Вроде бы все хорошо, но иногда я волнуюсь из-за родителей, – заговорила я, решив отделаться полуправдой.