Безмолвная рябь

– Да ты вроде тоже уже далеко не полковник, – проворчал Иван, но было видно, что подарок ему понравился. – Спасибо.

Американец кивнул, принимая благодарность.

– Так значит, ты поведешь туристов? – спросил Иван.

– Ага. Мы тут недалеко заблудились. Пройдут лишних два километра, ничего с ними не случится. Все ж лучше, чем этого тащить.

Смит взялся за комбинезон, приподнял инопланетянина, и удивился:

– Ого! Да в нем фунтов двести! Как ты его вообще тащил?

Иван улыбнулся:

– В армии не спрашивают…

– …как ты будешь выполнять невыполнимую задачу, – закончил Джон Смит.

***

Наушники совершенно не спасали от грохота. Брайан со злостью посмотрел на управляющего, сидящего за стеклами полудюймовой толщины, и зло сплюнул. Филипп был всего на два года старше, но чертов везунчик окончил колледж, и теперь ему не придется горбатиться до старости, чтобы заработать мизерную пенсию.

Брайан обхватил двумя руками заготовку, и потащил ее к прессу. Разумнее было бы воспользоваться тележкой, но он не без основания гордился собственной мускулатурой, и не упускал случая продемонстрировать ее.

Бросив болванку возле станка, он спрятался за его корпусом, решив переждать десять минут оставшихся до обеда. За станиной пресса стояла табуретка, принесенная сюда, видимо, таким же рьяным работником. Станина стояла под углом к стенке, образовывая закуток, невидимый для камеры.

Присев на табуретку, разнорабочий вытянул ноги, давая им отдых.

Не заметив его, к выходу быстрым шагом прошел Филипп.

Глядя ему в спину, Брайан с отвращением скривился. Нельзя так выглядеть в 26 лет. Управляющего нельзя было назвать толстым, но он был каким-то бесформенным, с визгливым, как у бабы, голосом. Каждый раз, когда он отчитывал Брайана, тому хотелось сломать ему челюсть. Не из злости, а именно из-за омерзения. Да еще эта его привычка: выбежать пораньше, чтобы занять в буфете место у окна. Кулаки парня непроизвольно сжались, и он с трудом подавил в себе желание догнать Филиппа, и, схватив за волосы, пару раз приложить головой к двери. Если бы не условный срок, он бы однажды так и сделал, и плевать на эту работу. Но в тюрьму Брайану не хотелось.

Раздался сигнал, и рабочие, отключив оборудование, потянулись радостным ручейком на обед.

Брайан достал свой бокс с едой, и пошел за всеми.

В буфете он взял горячий чай, повертел головой, и не найдя никого из знакомых, сел за свободный столик. Два дня назад его перевели в другую смену, и он здесь никого не знал.