Новогоднее чудо, или Побудь мной

И как Ирка вообще согласилась на такое.

Виктория еще больше надулась, выражая свое неудовольствие.

– То есть, Ирина благоразумная женщина, которую я, испорченная столичная фифа, сбила с пути истинного?

– Ладно, все. – Мужчина взял себя в руки и успокоился, но ему было весело. – Я не это имел в виду. Вы обе хороши. Ну, надеюсь, она хоть Дениса забудет.

Вика тоже хохотнула, когда вспомнила нагловатого, но красивого мужчину.

– Я его два раза из дома выгнала. А сегодня он понял, что в доме есть мужчина.

Думаю, поймет свое место.

– Выходит, мы потихоньку устраиваем личную жизнь Ирины. – Радостно ответил Иван. А ему хотелось устроить свою. Ну, да ладно.

– Выходит, что так. – Виктория пожала плечами.

– И что делать дальше будешь? – Мужчина сидел напротив и пил свой чай, а девушка старалась не смотреть на него, иначе у нее совсем теряла связь с мозгом. Она ощущала неловкость. Те желания, которые Иван в ней пробуждал, заставляли залиться румянцем.

– Дождусь Ирину, и домой.

 – Вика водила пальцем по краю чашки.

– А когда она обещала вернуться? – Иван спрашивал это с легкими нотками надежды. Он хотел, чтобы собеседница осталась у них в поселке чуть подольше.

– Если погода позволит, то завтра. – Все еще изучая напиток, ответила девушка.

– То есть, есть шанс, что ты останешься у нас на новый год?

И действительно, завтра уже тридцать первое. Вика нахмурилась. А что ей делать там, в городе? Ежегодные тусовки, однообразны и уже стали больше традицией, нежели удовольствием, Стас ее обидел, а больше то и не с кем встречать.

Девушка вспомнила про вопрос Ивана.

– Да, могу задержаться. Не думала об этом. В любом случае, когда Ирина приедет, мы поменяемся обратно.

Оба молчали. Виктория мешала ложкой чай. Мужчина тоже ничего не говорил. Разговор не клеился. Им мешало напряжение, которое так и витало в воздухе. Они оба не понимали, откуда оно взялось, и как на него реагировать. Неловкость завладела ситуацией.

Вроде бы два малознакомых человека, но так не хотелось друг друга отпускать. Желания обоих были до безобразия неприличными. Но, вот так признаться в этом они не могли. Вика боялась показаться слишком распущенной. Причем не перед кем-то, а перед самой собой. А Иван считал, что его порыв будет воспринят неправильно. Предложить отдаться страсти, когда вы знаете, что завтра расстанетесь и больше никогда не встретитесь, было верхом пошлости.