Не бойся меня

– Так, милая.

– Марфа, а можно я помогу?

– Девочка, да, как же ты поможешь. Ой, батюшки, – кухарка спохватилась, что немного переборщила, – не обижайтесь, ляпнула не подумавши.

Даша как-то очень грустно улыбнулась.

– Ничего страшного. Я ведь слепая. Но, кое-что умею. Я могу посуду помыть, или нарезать чего.

Марфа ради интереса дала девушке нож и попросила порезать овощи. Кухарка наблюдала, чтобы гостья ненароком не поранилась. Та справлялась прекрасно.

– Молодец какая. Где выучилась так ножом работать?

– Папенька часто в долгах.

Слыхали, наверное. Так вот, нам с сестрами и приходилось готовить, стирать, убирать. Научилась.

Марфа только печально покачала головой. Она жалела бедную девочку. Если бы их разговор слышал Никита, то его реакция была полностью противоположной. Мужчина сразу в этом рассказе узрел бы желание вызвать жалость. Но, он сидел в своем кабинете и никак не мог сконцентрироваться на книге. Граф отложил работу и решил отвлечься чтением, но образ девушки не давал ему покоя.

Вот она стоит мокрая посреди комнаты. С волос капает вода, а хрупкая фигура дрожит от холода. Если бы не зачерствевшее сердце Никиты, то он обнял бы ее прямо там. Но мужчина убедил себя в своей жесткости и не поддался порыву. Хотя такое с ним случилось впервые за долгое время. Были девушки, которые нравились и к которым было сексуальное влечение, но таких эмоций не вызывала ни одна.

Марфа накрыла на стол и усадила будущую хозяйку напротив места графа. Того она позвала в последний момент.

Дарья нервничала, но старалась скрыть волнение. Никита же недовольно фыркнул, когда увидел за столом гостью. Марфа одернула мужчину за рукав и высказала свое мнение ему на ухо.

– Прекрати, ради бога. Девочка, итак, тебя боится как огня, хватит злиться на нее.

Никита ответил также на ухо.

– Прекрати верить этой аферистке. Она не такая невинная, как хочет тебе показаться. Это ты у нас милая и наивная.

Граф потрепал кухарку за щеку и сел на свое место.

– Приятного аппетита, граф. – Дарья старалась проявлять вежливость.

– Не старайся. Я грубый, высокомерный и надменный тип. Постарайся это запомнить.

Выражение лица Даши перестало быть ангельски красивым. Оно приобрело суровые нотки, которые делали его не приветливым и милым, как ранее, а немного угрожающим. Разительная перемена, которую отметили и Никита и Марфа.

– Уважаемый Никита Михайлович, я не просила выбирать меня в качестве своей невесты.