Брак по принуждению

Иной раз перешептывания были такими громкими, что за ними было совершенно не слышно речи служителя.

Я выдохнула от облегчения, что эта монотонная речь, наконец, закончилась, но счастье мое было недолгим – следом шел поцелуй.

Оттолкнуть Дэйрона я не могла, наша свадьба и так выглядела комично, но даже от мысли, чтобы сделать шаг к жениху, мне становилось дурно.

Не успела я прийти в себя от одной мысли, как Дэйрон уже сделал шаг ко мне, поднял мой подбородок и просто впился в мои губы.

Это было так неожиданно. Рука легла на талию, практически вплотную прижимая меня к его телу. Мы с Эдвардом не позволяли себе подобного. Непроизвольно, я сравнила двух мужчин. Губы Эдварда такие мягкие, нежные. У Дэйрона они хоть и были пухлее, но намного жестче. Он не целовал меня, скорее пробовал на вкус, подчинял и требовал принять, что я его. Это было порочно и неприлично, от новых ощущений у меня жар разлился по телу, а когда муж меня отпустил, я чуть не рухнула на пол на подкашивающихся ногах.

Разве это поцелуй? Эта была бесстыдная прелюдия, после которой мне нужно было время, чтобы прийти в себя.

Я понадеялась, что это все, но эта свадьба точно обещала быть скандальной. Дверь в храм открылась, пропуская нежданного гостя, и я знала, этот визит поставит окончательную точку в нашей и без того позорной свадьбе…

В зале повисло молчание. Люди с неприкрытым интересом оборачивались на пришедшую женщину, и я могла их понять.

Джина Ройс – моя тетушка собственной персоной. Я со страданием посмотрела на отца, тот пожал плечами. Но кроме него пригласить ее было просто некому.

– Я опоздала, – прошептала женщина, поднимая свои многочисленные нижние шуршащие юбки.

Я не видела тетушку уже несколько лет и не видела бы еще столько же! Это было темным пятном на репутации нашей семьи. Она была двоюродной сестрой моей матери, но почему-то решила, что мы близкие родственники.

На все праздники от нее приходили причудливые открытки или бесполезные подарки наподобие разных совершенно немодных игрушек, с которыми было бы стыдно пойти к подруге.

Впрочем, подарки были под стать самой тетушке. Слишком высокая, с рыжими волосами и россыпью веснушек. Она неизменно улыбалась в любой ситуации и звонко смеялась даже над самыми дурацкими шутками отца.

По правилам приличия мы принимали ее, как гостью, но после этих визитов я выдыхала.