Брак по принуждению

Когда дело касается жизни моей дочери, я, прежде всего, ее отец, который будет стоять за ее счастье до последнего.

Лорд громко хлопнул дверью, оповещая, что этот разговор закончен.

«Пожалуй, ему стоит дать время, чтобы он остыл», – решил я для себя.

***

Голова начала болеть с уходом лорда Адама. Я по привычке потер виски. Какой же длинный и трудный был день, а теперь еще и головная боль – главный показатель того, что скоро наступит ночь. Удивительно, как я пропустил сумерки, уже давно было пора принять зелье, ведь скоро проснется моя сила – мое проклятье.

Сейчас бы мне топор, и я пошел рубить лес – это помогало мне прийти в себя. Но сейчас я был слишком далек от своих владений.

Поэтому вытащил из левого кармана маленький пузырек с фиолетовой жидкостью. Он должен был помочь мне уснуть.

Но не успел я сделать и глотка, как дверь хлопнула.

– Лорд Лэстер, если вы позволите, я уберу беспорядок? – спросил вошедший дворецкий. У него на лице читалось искреннее огорчение из-за разбитой чашки.

Джина улыбнулась, завидев меня.

– Лорд Лэстер, какая удача, что вы здесь! – искренне обрадовалась она, а я начал думать, как бы поскорее уйти в покои, не обидев ее. Головная боль медленно переходила в лихорадку, и меня начинало знобить.

Эта женщина была мне крайне симпатична, как человек. Она была не похожа на аристократку, слишком часто улыбалась и была вежлива со мной.

В это время Ульрих взмахнул рукой, и все стеклышки взмыли в воздух, укладываясь в совок.

«Бытовой маг», – подумал я. Редкий дар для дворецкого.

Практически по щелчку пальцев маленькая тряпочка протерла стол и с него пропала разлитая жидкость.

– Принести вам чаю или может ранний ужин? – обратился он ко мне с вежливой улыбкой.

– Благодарю вас, если можно стакан воды, – ответил я и Ульрих с поклоном удалился, в то время, как тетушка жены заняла ближайший ко мне стул.

Если выпью бокал холодной воды станет легче и смогу еще минут десять поддерживать беседу, а потом вежливо удалюсь.

– Вы плохо себя чувствуете? – обратилась Джина. Она, должно быть, заметила, как на лбу выступал пот от жара.

– Ничего серьезного, просто болит голова, – сказала я часть правды.

– Адам вас расстроил, – она не спрашивала – утверждала.