Опять ты!

Я посмотрела на закрытую дверь и вернулась взглядом к администратору.

– И-и-и?

– И уволил троих! Веру, Саню и Владислава Григорьевича.

Вот молодец мужик, пришел и быстро разобрался, что к чему. Настя перечислила главных тунеядцев, меня аж любопытство разобрало. Хоть одним глазком бы на него взглянуть.

– А он еще там? – я махнула головой.

– Ага, хочешь познакомиться?

– Боже упаси, зачем мне это? – я отмахнулась, приняв отсутствующий вид.

– Мы все, что дальше? – девчонки привлекли мое внимание.

– А дальше как обычно: поясница, обруч – и займемся сегодня ногами.

За спиной слышался разговор и смех нескольких мужских голосов. Закончив объяснения, я повернула голову в надежде рассмотреть владельца стального характера, но перед самым моим носом в дверном проеме исчезла внушительная мужская спина, обтянутая серой футболкой.

Глава 3. Василиса

За пару месяцев моя жизнь устоялась, и страх не справиться посещал все реже. Я не боялась испытать нужду и категорически не хотела уступать своим принципам и просить помощи.

Некоторое время втягивалась в новый ритм, совмещать два места работы – то еще удовольствие. С утренних тренировок я успевала добежать до дома, поесть, переодеться и нестись галопом в «Гречку». Домой добиралась ползком, приходилось задерживаться до закрытия – набрала клиентов, которым были удобны поздние тренировки.

Я благодарила отца, что в свое время купил мне квартиру, когда я объявила родным о желании переехать. Матушка устроила отцу скандал, дошло до угроз разводом, если он не перестанет мне потакать.

И он перестал. Перестал это делать в открытую и продолжал помогать не афишируя. Помог мне с ремонтом и с прохождением курсов, ведь чем больше регалий, званий и достижений, тем ты востребованней. И я уже не просто КМС по легкой атлетике, а сертифицированный инструктор силовых, функциональных направлений, техники миофасциального релиза и персональный тренер в одном лице.

– Пап, я не приеду, даже не уговаривай.

– Василиса, Новый год – семейный праздник, а мы твоя семья! – настаивал отец.

– Что-то я не помню, чтобы в семьях было принято продавать своих дочерей. Вы же не отказались от идеи познакомить меня со Стасиком, – я с трудом вспомнила имя.

До этого звонка родители ни разу не напоминали о нем. И в мозгу я взрастила семя надежды на то, что меня оставят в покое. С матушкой мы разговаривали лишь раз. Речь шла о подписании документов, которые принес курьер. После моей закорючки он тут же их забрал.