Человеческая оболочка

Парень хоть и не пропускал это мимо ушей, но молчал, полностью концентрируясь на еде.

– Хватит ему на ухо садиться, не видишь, что ли? Ест пацан! – зашел на кухню Юрий.

– О, Боги! Тебе не надоело еще ворчать, злобный ты старик?

Слово за слово, спор вновь начался. Создавалось такое ощущение, что эти двое просто не могут находиться тут вместе. Они вечно что-то делят, вечно грызутся из-за какой-то ерунды, которую Айзек совсем не понимал. Но догадывался, что поймет, если ему объяснят. С одной стороны, он сильно хотел быть в курсе разговора, с другой же – понимал, что за этим могут последовать не самые приятные последствия.

По дрожи в голосе старика Айзек чувствовал, что тема для него эта крайне неприятная и болезненная, и не сильно хотел доставать его расспросами.

Серьезные темы редко обсуждались спокойно и без конфликта. Но принимая во внимание, что за последнее время Юрий начал чаще полагаться на парня, вывод, что отношение старика меняется, напрашивался сам собой. Айзек не решался вклиниться в диалог, обрывки которого он слышал из-за двери.

Он был совсем неглуп и понимал, что речь шла о нем.

– Мария, спасибо Вам за вкусную еду, но я наверно отправлюсь домой, нужно поддерживать тепло, чтобы жилище не промерзло, – отодвигая миску, вполне естественно и спокойно говорил Айзек. – Да и технику угнать нужно отсюда.

– Исаак, прости, но это вряд ли. Вся твоя одежда постирана и сейчас сохнет. Да и высохнет не раньше, чем к утру. Я хотела тебя предупредить, но ты уже спал…

Внезапно из вестибюля Марию кто-то окрикнул, и она поспешила удалиться, оставив двух мужчин наедине.

И вновь неловкое молчание повисло в воздухе. Айзек попивал отвар из трав, что растили местные фермеры, а Юрий недовольно мял бедро больной ноги, сходя сума от зуда, что прятался под повязкой. И казалось, будто после последних событий этим двоим вовсе не о чем говорить, но все было совсем наоборот, и никто не знал, с какой стороны подойти к теме. Юрий мялся, боясь, рассказывать парню все, что он знает, ведь влияние религиозных людей, вроде Марии было очень сильно. Айзек же боялся, что, подняв тему, будет просто послан в неизвестном направлении и потеряет то небольшое доверие, которое начал выказывать ему старик. Но вдруг случилось необъяснимое.

– Исаак, есть очень странный разговор, который я откладывал… по неизвестной причине, – глядя в стол начал Юрий. – С моим образом жизни люди долго не живут и поэтому… пора бы рассказать все, что я могу.