На грани фола

Но я-то знаю, что я найду предлог пробраться в его вип-ложу, и побыть с Вероникой наедине, пока этот ублюдок наслаждается матчем и компанией своих пафосных друзей, которые без конца меряются размерами кошелька, количеством шлюх и других особо «важных» достижений.

В момент, когда я достаю телефон и собираюсь позвонить бывшему мужу, вижу один пропущенный от него, и тут же ловлю себя на плохом предчувствии.

– Через неделю игра, – уверенно начинаю я, даже не здороваясь. Это такой прием: атаковать своего мучителя первой, изначально встать в позицию сильной личности, а не жертвы.

 – Ты обещал, что пришлешь мне пригласительные, – стараюсь держать голос ровным, не выдавая дрожащие нотки, управляя своим судорожным дыханием.

Я больше не боюсь тебя, Уилл Астон. Тебя – нет. Единственное чего я боюсь, это навсегда потерять дочь.

По напряженному молчанию Астона по ту сторону телефонной линии, понимаю, что он недоволен моим тоном и холодным приветствием, поэтому сквозь зубы, бросаю слегка наигранным и мелодичным голосом: – Уилл, ты обещал, – стараюсь быть мягче, но не прогибаться под него.

Вот видите. Он еще и слова не сказал, а я уже целый забор вокруг себя выстраиваю.

– Каким ласковым и покорным может быть твой голос, Стефания, когда тебе что-то от меня нужно. Будь добра, сохрани этот тон до нашей встречи, – от низкого и властного тембра Уилла у меня по привычке холодеет в груди, пальцы немеют, до боли впиваясь в корпус телефона. Он медленно и спокойно проговаривает слова, а мне становится так дурно, словно он кричит и на расстоянии сжимает мое горло.

В этом весь Уилл Астон… для того, чтобы люди почувствовали угрозу, исходящую от него, ему можно даже тон голоса не повышать – а при реальной встрече с этим мужчиной, и вовсе достаточно лишь прямолинейного тяжелого взгляда угольных глаз.

– Мне не «что-то» от тебя нужно, Астон. А то, что положено мне по нашему договору. В последний раз, я… выполнила все, о чем ты просил, но не видела Веронику уже три недели, – стоит лишь произнести имя своей малышки, мой голос выдает меня с головой, срывается.

Я готова расплакаться прямо сейчас и умолять его, рассказать мне о ней хоть немного… как она спит? По-прежнему в обнимку с игрушкой, которую я подарила? Что нового учудила на этой неделе? Продолжает ли произносить русские слова? Ну, хоть что-нибудь.

– На игру ты не попадешь, Стефания, – безапелляционным тоном отрезает Уилл, и каждое его слово забивает остроконечные колья в мое испепеленное материнское сердце.