Эскорт

Все его действия пронизаны одним мотивом, ему необходимо самоутверждаться и повышать свою ценность в чужих глазах каждым своим действием.

Такие самоутверждаются за счет слабых без капли зазрений совести.

– Интересно, – пригубив виски, тянет Эрерра, фокусируя взгляд на моей груди. – Где тебя научили быть такой плохой девочкой, Эльза? – он поворачивается ко мне полностью, вздергивая бровь и оглядывая меня еще более голодным взглядом. – Тот, кто учил тебя незаметно отключать камеры и мастерски устанавливать их, не научил тебя играть честно или не браться за партию с серьезными игроками? – горько усмехается Эрера.

– Плохая девочка живет во мне с рождения. Никогда не была хорошей, – легко парирую я. – И я ничего не устанавливала. Мне было просто жаль Ванессу. Я решила закончить издевательство над невинной, потому что ты, очевидно, хотел выпустить пар на самых беззащитных в зале. У тебя на кухне завелась крыса, а ты обвиняешь женщин. Здесь куча персонала помимо Ванессы, и только одна девушка.

Ох, уж эта мужская солидарность. У вас во всем виноваты женщины.

– Хочешь сказать, это была не ты? – прищурив веки, уточняет он, пытаясь сканировать мою мимику.

– Чтобы я не сказала, у тебя свой мир, свое видение и свои мотивы. Я думаю, ты готов был найти любую причину для того, чтобы остаться со мной наедине, – скучающим тоном заявляю я, и, судя по его реакции – попадаю в точку. – И в твоих глазах я прекрасно вижу, как ты используешь эту ситуацию.

Оставив виски на рабочем столе, Стефано вновь подходит ко мне вплотную. Запах крепкого алкоголя и электронных сигарет вызывает легкий приступ щекотания в горле. Мне не нравится, как пахнет у него изо рта, словно он только что поел сырого протухшего мяса. Меня слегка передергивает, и Шрам, подмечая это, обхватывает мою талию.

– И ты так спокойно говоришь об этом? Тебе не страшно? – его массивная ладонь накрывает мою грудь, большой палец обводит сосок, очертания которого проступают через тонкую ткань платья.

Я немного возбуждаюсь, но не от присутствия этого мужчины, а от легкого адреналина и страха, под влиянием которого я всегда мокну. А может, я намокла еще в тот момент, когда смотрела на губы другого мужчины и ненароком позволила себе представить, какие они на вкус.

Я не знаю. Это задание почти провалено. Все пошло по одному месту.

– Ничуть, – небрежно веду плечом я. – Видела монстров куда пострашнее.