Демон внутри меня

 – Ты ослушаешься меня? Или тебе напомнить, что ты здесь по своей воле? Я могу отпустить тебя в любой момент… – прищурив веки, напоминает Ясин, но в ответ я отрицательно качаю головой.

Он знает, что не может отпустить меня. Мне никогда не откупиться. Мне никогда не расплатиться за то, что он сделал для нашей семьи.

Нервно закусываю губу, покоряясь воле своего Шейха.

– Я буду танцевать, – стоило мне подумать о том, что я накрою свое лицо вуалью, как Алмас задумчиво проводит пальцем по подбородку и дополняет приказ.

– И никаких масок, Леа. И вуалей. Мне нужны твои прекрасные глазки, – мужчина мягко накрывает ладонями мои скулы. Есть в этом жесте что-то запредельно нежное, почти отцовское. Я и сама до конца не знаю, какие Ясин испытывает ко мне чувства, и почему до сих пор не пытается взять меня силой, как проделывает это с другими девушками. Ходят слухи…что он достаточно жесток и доминантен в постели.

Хотя кого я обманываю? Ясин наверняка догадывается обо мне. О моей бессердечности, а точнее…о том, что я почти не поддаюсь возбуждению.

Возможно, я фригидна. Как еще объяснить то, что в своем возрасте и с такой внешностью, я ни разу не была с мужчиной? Я знала, из-за чего у меня стоит этот блок. Но Ясин об этом не догадывался. Это только мое воспоминание. Однако, даже от хозяина не укрылась страшная правда: как бы он не старался, я едва ли заведусь в его присутствии. Никому не интересно трахать бесчувственное сухое бревно, которое только может притвориться и симулировать на радость хозяину. Однако мое тело все равно не обмануло Ясина. Однажды, он пробовал это проверить и больше ко мне не прикасался.

Я испытывала сексуальное желание только в своих снах, а когда просыпалась в холодном поту и с пульсацией между ног, старалась забыть эти кошмары. Мои тайные желание были слишком темными и порочными. Такое не приходит в голову при свете дня. Такое не обсуждают с подругами…

Наверное.

– Да, мой господин, – прикрываю веки, борясь с закипающей злостью.

Нежная, уверенная, красивая.

Это все, что от меня требовалось. Когда-нибудь я выберусь отсюда и напишу чертовски разоблачающую статью об этом мужчине. Или даже книгу.

Но я не напишу. Это тоже самое, что подписать себе приговор.

– Что вам еще угодно?

– Это все. Дальнейшие указания получишь от организаторов. На этой неделе у меня много дел, я почти не появлюсь здесь. Боюсь, увижу тебя в следующий раз только на приеме.