Опиум

Глубоко вдохнув, подавил крик ярости и боли, который никогда не вырвется из груди. Меня учили контролировать свои эмоции с двенадцати лет, и вопреки стереотипам о бандах мы отличались от многих из них. Моя «семья» дала мне образование, статус, деньги, поставила на ноги. Я закончил школу с «A» по всем предметам и кучей рекомендационных писем, которые помогли бы мне поступить в колледж.

Драконьи маски – отличительная черта нашей банды, всегда позволяли нам скрывать свои настоящие личности. На некоторых улицах Лос-Анджелеса стоят камеры, но благодаря маскам мы оставались в тени.

Полиция ЛА не так часто вмешивается в разборки банд. По той простой причине, что это самоубийство в чистом виде. Только и могут, что отслеживать нас с вертолетов. Некоторые просто куплены.

Они боятся. Ведь дома их ждет любимая семья, тыл и уют. Нам же бояться нечего. Для членов банды нет ничего выше интересов семьи.

Те из нас, кто не так сильно «зазомбированы», продвигаются по иерархической лестнице вверх. В любой банде есть серая масса, «стадо на убой», и будущие лидеры, которые, несмотря на полнейшую вербовку разума с малых лет, остаются собой.

Как я. Хотя… некоторые вещи, которые во мне воспитали, останутся со мной навсегда.

Отношение к женщинам у «Dragons» чисто потребительское, если не сказать хуже. Мне с детства внушали, что они лишь средство для получения удовольствия, подчинения и размножения. Низшие существа, созданные для того, чтобы утолять голод похоти, коврики для ног. Подстилки – так в кодексе называют женщин, которые не являются женами, сестрами или дочерями лидеров.

Я считал так же, потому что на вечеринках, которые посещали мы с братьями, встретить нормальную девушку – редкость. В основном это проститутки и обдолбанные крошки, лишенные чувства самоуважения.

Но с появлением сына все изменилось. Я стал смотреть на Клару по-другому. Ее безоговорочная, безусловная, чистая любовь, направленная на такое чудовище, как я… стала каплей света, к которому хотелось возвращаться снова и снова.

Светлая, добрая и милая девушка, я понятия не имею, как ее занесло на ту вечеринку. В свои двадцать три она была девственницей. И я не жалею, что все случилось так, что она забеременела, потому что Эйдан стал тем самым смыслом, той самой связью с человечным началом внутри меня. Если бы не он, я бы скатился в свой грязный мир и позволил бы идеям клана окончательно завладеть моим разумом.

Некоторые из нас стали ходячими роботами, безропотно выполняющими приказы лидера.