За гранью грехов

Стирает критическое мышление, целует абсолютным Божественным или греховным счастьем. Забирает всю боль, чувства вины и обиды…

В моей ладони начинает мелькать телефон, взрываясь калейдоскопом ярких и размытых красок. Каждый цвет с оттенком кислотности и неона. Чудом включаю на смартфоне фронтальную камеру и с неимоверной любовью к себе, разглядываю точеные черты лица.

Я давно не видела себя настолько красивой.

Вторая волна неимоверного наслаждения накрывает еще сильнее. Становится так хорошо, что больше уже ничего не нужно.

Я не имею смысла.

Только руки, что обнимают меня и крепко прижимают к себе, куда-то несут.

Приятная теплота, исходящая от чужих ладоней, напоминает мне тот момент жизни, который можно вспомнить лишь находясь под гипнозом или под кайфом.

Ты приходишь в этот грязный мир, падая с райских небес и плачешь. Всегда так горько плачешь, до тех пор, пока материнские руки не обвивают тебя. Прижимают к груди, окутывают безусловной любовью и защищают.

Они несут меня. Куда – мне плевать, хоть в другое измерение.

Время и пространство превращаются в бесконечную карусель, с которой я не могу и не хочу слезать.

Оказываясь в незнакомой комнате, я запрыгиваю на кровать. Отталкиваясь вверх от матраца, взлетаю прямо в космос.

Нет, даже выше, еще выше! Выхожу за пределы земли и солнечной системы, превращаюсь в ракету, помчавшуюся наравне с астероидами и кометами.

Чувство полета разрывает сердце. Кажется, меня вот-вот убьет тем самым счастьем, что я испытываю прямо сейчас. Человек не может вынести так много прекрасных чувств одновременно…

А если и чувствует, то быстро сгорает.

«SINS» – это разрушительная сущность, что живет за счет тебя и пожирает изнутри, выпрыскивая при этом мощную дозу эйфории и лидокоина[1 - Лидокаи?н – лекарственное средство, местный анестетик и сердечный депрессант, используемый в качестве антиаритмического средства.

Я просыпаюсь и резко выпрямляюсь на просторной постели, заваленной мягкими подушками. Далеко не сразу удается выбраться из-под одеяла и осознать реальность.

Протираю глаза сжатыми кулаками, ощущая, как все тело слегка лихорадит. Кости ломит, в голове – не мозг, а переваренная каша из оборванных нейросетей. Зрение возвращается ко мне не сразу, но специальное углубленное дыхание помогает крошечными шагами возвращаться к реальной картинке жизни.