Иная. Погибающий мир

Только Амелии не было видно, и я очень надеялась, что ей, как и мне, удалось выжить.

Осмотрев себя, я поняла, что мне очень повезло. Множество царапин и ушибов. Нога была сильно повреждена, но кровь уже остановилась. Как мне вообще удалось выжить? Что произошло, когда мы попали в воду?

Встать мне удалось с трудом. На ногу было больно становиться. Скорее всего, я не только ее повредила, но еще и подвернула. Стоит надеяться, что хоть не сломала. Нужно найти Амелию. Ребят уже не спасти, я проверила, они все мертвы.

А вот участь Амелии вообще неизвестна. Надо найти девочку.

Амелию я нашла чуть дальше того места, где нас выбросило на берег. Девочка была жива, но сильно замерзла, и у нее была сломана рука.

Вправить кость у меня получилось, а вот привести в себя Амелию – нет. Нужно согреть ее, но где взять огонь?

Как оказалось, в той колбе с черной жидкостью, что я изъяла у здоровяка в маске, находился жидкий огонь. С ума сойти! Это такая редкость!

Жидкий огонь научились добывать все от тех же метеоритов, но с одного большого можно собрать вот такую небольшую колбочку.

Именно поэтому жидкий огонь большая редкость и не у каждого он есть.

Вода у нас была, а вот с едой все та же проблема. После последних событий есть хотелось еще сильнее. Сколько мы пробыли под водой и сколько лежали на берегу?

Что делать дальше, я не представляла. Никаких знаков, что могли бы помочь, поблизости не было, а далеко я решила не ходить. К тому же, если мне удастся привести в себя Амелию, далеко мы не уйдем.

У меня повреждена нога у Амелии рука. Мы обе потеряли много крови. Неужели нас все же ждет смерть?

Через час я заметила, что Амелия согрелась. Она уже не была такой холодной, и цвет лица больше не был бледным. Кажется, ей становится лучше, чего нельзя сказать обо мне. Голова кружилась, сильно хотелось есть, и нога начала опухать. Еще через час Амелия зашевелилась и, застонав, приоткрыла глаза.

– Амелия, как ты себя чувствуешь? – спросила я, посмотрев на девочку.

– Где папа? – тихо спросила она, проигнорировав мой вопрос.

Я совершенно не знала, как сказать ей, что она больше не увидит своего отца. Не знаю как, но, кажется, она все поняла. Амелия заплакала, прижавшись ко мне. Я стала гладить девочку по волосам и говорить, что все будет хорошо, хотя совершенно не была в этом уверена.

Через какое-то время она успокоилась и лишь изредка всхлипывала. Именно в этот момент я и заметила, что она двигает сломанной рукой.