Песнь о странствиях Колибри. На стороне тьмы

Гигант смотрел на него с усмешкой:

– Думаешь твои шаманские танцы кого-то могут напугать?

Швабра скривился и фыркнул, а затем стражи местного правопорядка продолжили свой путь.

Я постояла еще немного в укрытии, а потом осторожно выглянула из-за кустарника. Дорога была чиста.

Интересный мир. Эти двое говорили что-то про императора. И интуиция подсказывала, что местный пейзаж, император… Уж слишком сильно все это напоминало мне…

Мир Тьмы.

Думать об этом совершенно не хотелось, ведь оказаться в этом чудовищном месте безоружной и лишенной магии чревато последствиями весьма неприятными для меня.

Особенно если местные маги поймут, кто я такая. Да они ж меня четвертуют, а до этого не постесняются подвергнуть длительным пыткам. В общем, картина недалекого будущего вырисовывалась весьма и весьма печальная. Я достала компас и умоляюще посмотрела на него:

– Родненький, дорогушечка, давай ты побыстрее проверишь этот мир и отправишь меня дальше по списку. Уверена, что Леонарда тут быть не может.

Внезапно что-то грохнулось с неба. Я привстала, посмотрела в сторону скопления пыли и, поймав устрашающий взгляд высокого брюнета, ринулась бежать со всех ног.

– Мамочки! – просипела отчаянно, оглянулась на ходу и в полной мере осознала: мне в бою с ним не победить.

Хотя бы потому, что у него есть магия, а у меня – нет.

В какой-то момент я поддалась панике, отвлеклась и споткнулась о торчащий из земли корень. Мигом поднялась. Я почти сделала шаг вперед, когда тяжелая рука легла на правое плечо.

Обернулась и поймала холодный взгляд сердитых глаз. Мужчина резко дернул за руку, так что я устремилась вниз, потом внезапно подхватил, перекинул через плечо и взмыл ввысь.

В ушах засвистело. Я почувствовала, как сознание трусливо ретируется от меня, а на смену ему приходит тьма.

Я слышала множество разных голосов, в основном мужских. Они то становились громче, то стихали. Когда я смогла открыть глаза, то обнаружила себя лежащей на старом матрасе, от которого распространялись «чудесные» ароматы плесени и сырости.

Вонь была такая, что хотелось закрыть нос руками, но осуществить задуманное не представлялось возможным. Руки были прикованы наручниками к решетке позади меня. Впереди же красовалась серая стена, и даже ни одного окна не было в этой странной камере.

Осознав, что все действо происходит позади меня, выгнулась в позвоночнике, опираясь на голову, и посмотрела вперед. Что-либо рассмотреть не получилось по двум причинам.